# Маркуша

Анатолий Яковлевич Воронин

Маркуша


- Это откуда такое чудо?

- Оттуда - разведка в "зелёнке" отловила. Мужики говорят, что он как бы разминёром у "духов" был. Понимаешь, прежде чем "духи" решают свои вылазки делать, пускают его с привязи, мол, иди к шурави, там и кормят получше, да и сто грамм нальют при желании.

- Да ладно, хорош стебаться, - недоверчиво произнёс Николай. - Это у нас, во время Великой отечественной войны собак натаскивали на обнаружение мин, а здесь-то на хрена это надо "духам"?

- Тогда чего спрашиваешь, если не веришь? - ответил владелец "чуда".

- Не, ну я серьёзно, - не унимался Николай. - Кстати, а имя у него есть?

- А как же, конечно, имеется - Маркушей величать.

- Маркуша, это что же - баба значит?

- Какая на хрен баба! Самый настоящий самец. Нам его презентовал прапор с одной из застав за Чёрной площадью, которого этот шельмец по пьяни едва не изнасиловал!

- Это сколько же надо было прапору выпить?

- Да не ему, а Маркуше!

- Обезьяна - алкаш? Ну, вы ребята даёте! Мало вам своих запойных, так вы ещё и примата решили в свою компанию затащить. Кстати, а какой он породы?

- А чёрт его знает. Прежний хозяин сказал, что Маркуша - макака. Ему он достался от мужиков, колонной возвращавшихся в Союз. А тем, в качестве бакшиша, презентовал какой-то летун, доставлявший на вертушке спецуру из Газни.

- Всё понятно, - смеясь, резюмировал Николай, - на тебе, Боже, чего нам негоже. Видать, он так всех достал, что прежние хозяева не знали, как от него избавиться. Интересно, как долго он у вас задержится.

Весть о том, что у военных советников появилась обезьяна по кличке Маркуша, уже в тот же день облетела советнический городок. Посмотреть на "древнего предка всего человечества" советники царандоя пошли сразу же после игры в волейбол. Гурьбой завалились на виллу к технарям, у которых появился хвостатый постоялец. А тот, молча, сидя на лавочке, теребил когтистыми лапами верёвку, одним концом привязанную к собачьему ошейнику, а другим - к самой лавке.

Завидев посторонних, Маркуша привстал на задних лапах и стал внимательно разглядывать пришельцев. Но стоило одному из них приблизиться к обезьяне, как она ощерилась четырьмя жёлтыми клыками и истошно завизжала.

- Надо же, какой нервный, - заметил Николай, но на всякий случай близко к животному подходить не стал. Кто знает, что на уме у трезвой обезьяны. И, уже обращаясь к Петровичу - новому её владельцу, заметил: - Ты бы сменил привязь. Видишь, какие зубищи у твоего Маркуши - влёт разгрызёт верёвку, и поминай, как звали. Ищи-свищи его потом по всей "зелёнке", если, конечно, на минном поле раньше времени не подорвётся.

- А-а, и так сойдёт! - ответил Петрович. - Не велика потеря, если сбежит. Да и зачем ему куда-то бежать, если тут неплохо кормят и поят.

- Кстати, насчёт пойла, это, правда, что он спиртное употребляет? - поинтересовался один из советников.

- Сами мы ещё не поили его, - ответил Петрович, - но прежний хозяин сей факт подтверждает.

- Надо проверить, - сделал вывод Николай, - может, напраслину на него наговаривают.

- Да как проверишь-то, если у нас на вилле ни грамма спиртного не осталось?

- Эх, Петрович! Для такого дела - найду! Надо же появление нового жильца на вилле отметить по-человечески!

Николай удалился, и уже через пять минут возвратился с бутылкой самогона.

- Делаем эксперимент, - сказал он, ставя бутылку на стол и разливая спиртное в эмалированные кружки.

Не успели советники прикоснуться к "таре", как примат соскочил с лавки и в мгновение ока оказался сидящим за общим столом. Не помешала ему и привязь, которую он каким-то образом успел отвязать от лавки. Усевшись рядом с Петровичем, Маркуша вытянул шею и, не обнаружив на столе своей "тары" со спиртным, возмутился, то есть начал стучать костяшками правой лапы по столешнице.

- Ты посмотри на него, - засмелся Николай, - выпивки требует!

На столе появилась лишняя эмалированная кружка, куда Петрович плеснул немного самогона. Хвостатый "собутыльник" тут же ухватился за неё двумя лапами и, не дожидаясь пока присутствующие начнут пить, одним глотком опорожнил кружку.

Сидящие за столом советники смотрели на него с удивлением и даже с восхищением, ожидая, что же произойдёт дальше. А Маркуша, поставив кружку на столешницу, в очередной раз постучал по столу.

- Он что же, совсем не закусывает? - удивился кто-то советников.

- Так ведь и Петрович после первой тоже никогда не закусывает! -- съязвил Николай. - Теперь посмотрим, кто из них двоих перепьёт друг друга.

С этими словами Николай налил очередную порцию самогона в кружку Маркуши, и тот, словно в подтверждение его слов, вновь осушил её до дна. И на этот раз он не притронулся к еде. Хотя, вполне возможно, что обезьяны не приучены по жизни есть свиную тушенку, выставленную Петровичем в качестве закуски.

- Ага, вот ты и прокололся, голубчик, - рассмеялся Николай. - Если не ест свинину, значит, его ею раньше не кормили. А кто в Афгане не ест свинину? Правильно - "духи". А коли Маркуша раньше столовался у них, что из этого следует? Он такой же "душара", как и они сами. И жди от него теперь всего, чего угодно. Сейчас напьётся, и давай с ножичком по комнате скакать. Глядишь, кому-нибудь глотку перережет.

Присутствующие с подозрением посмотрели в сторону обезьяны, которая вновь потянулась за кружкой.

- Надо ему ещё налить. Глядишь, набухается сверх меры, да и вырубится. Я для этого дела свою дозу пожертвую!

- И я!

- И я тоже!

Слили подношения доброхотов в кружку Маркуши и стали ждать результата.

Ждать пришлось недолго. Спиртное наконец-то подействовало на обезьяньи мозги. Маркуша сидел на лавочке, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Качался до тех пор, пока не свалился на пол.

- Всё, дошел до кондиции! - констатировал Петрович.

Подхватив Маркушу под мышки, он попытался приподнять его с пола, а тот, вместо того чтобы молча подчиниться своему новому хозяину, вполоборота глянув на него помутневшими зенками, стал истошно кричать.

- Был бы человеком, спасибо сказал за проявленную заботу! - недовольно произнёс Петрович. - Обезьяна и есть обезьяна.

Не обращая внимания на вопли Маркуши, он отнёс его в пустующую комнату, где технари хранили боеприпасы и запасные части к ремонтируемым машинам. Что он там с ним делал, никто не видел, но через пару минут Маркуша затих.

- Можно считать, что "прописка" Маркуши у вас состоялась! - пошутил Николай. - Забот у вас теперь будет с ним выше крыши. Вы ему только оружие в руки не давайте, а то начнёт ещё стрелять и перестреляет всех вас.

Как в воду смотрел.

На следующий день Маркуша каким-то образом стащил у одного из военных советников кобуру с пистолетом и начал мотаться с ним по всему городку. Ловили "террориста" не только технари, но и вчерашние его собутыльники, а поймав, надавали изрядных тумаков. И хорошо, что он не забежал за колючую проволоку, огораживающую территорию городка по всему периметру от минного поля.

Обезьяний визг было слышно по всему городку, и его не мог не услышать старший военный советник. Узнав, в чём дело, он распорядился немедленно избавиться от обезьяны. В противном случае, грозился применить к Петровичу самые строгие меры.

Тому ничего не оставалось, как подчиниться приказу старшего военного начальника. В тот же день он подарил Маркушу командиру одной из отдалённых застав, располагавшейся на "бетонке", где-то у Нагаханского поворота. Старлей возвращался из Бригады и на несколько минут заскочил в советнический городок, чтобы повидаться со своим земляком. Узнав о странных наклонностях Маркуши, он с усмешкой заметил:

- У нас не забалуешь, быстро из него трезвенника сделаем!

А спустя неделю Петрович сообщил новость - Маркуша подорвался на "растяжке", установленной возле той самой заставы. Об обстоятельствах подрыва он так и не рассказал, но, тем не менее, у советников был вполне законный повод выпить за упокой древнего предка всего человечества, безвинно погибшего на афганской войне.