# Налет на Констанцу

Виктор Блытов

1


ЗАБЫТЫЕ ГЕРОИ


Смотри, пилот, какое небо хмурое,

Огнём сверкает тёмной тучи край.

Суровый день грозит дождём и бурею -

Не улетай, родной, не улетай!

Слова Е.Аграновича, музыка Н.Богословского.

В 1983 году я посмотрел фильм Семена Арановича "Торпедоносцы" по сценарию Алексея Германа и Светланы Кармалиты о жизни и смерти летчиков в северном гарнизоне во время Великой Отечественной войны.

Сыгравшие главные роли Родион Нахапетов (старший лейтенант Белобров), Алексей Жарков (старшина Федор Черепец), Андрей Болтнев (инженер-капитан Гаврилов), Станислав Садальский (старший лейтенант Дмитриенко), великолепно показали жизнь маленького авиационного гарнизона и быт летчиков торпедоносцев, улетающих каждый день на смертельные задания, с которых порой не возвращаются целыми эскадрильями.

Каждый день торпедоносцы вновь и вновь поднимаются в воздух и улетают бомбить немецкие корабли, суда и порты. А в гарнизоне их остаются ждать жены, любимые, командиры и наземный состав. И каждый вылет может стать последним и это понимают все. Из полетов не возвращаются по несколько самолетов, бывает целые звенья, а иногда и эскадрильи. Но на следующий день, помянув вечером погибших, летчики улетают на новые задания. В конце фильма все главные герои фильма погибают. Этот очень трагический по своей сути фильм потряс мое воображение, какой любовью надо обладать к своей Родине, чтобы так выполнять свой долг. Чтобы улетать на задание и знать что ты не вернешься.

Я провел некоторую черту между этим фильмом и тем событием, которое фактически произошло в конце сентября 1943 года с такими же летчиками дальней авиации Черноморского флота.

Немецкие войска, после оставления Новороссийска (16 сентября 1943 года), Анапы (21 сентября 1943 года), Темрюка (27 сентября 1943 года) оказались зажатыми на Таманском полуострове. Советские войска силами Юго-Западного и Южного фронтов захватили 15 февраля 1943 года Ростов-на-Дону, и единственный путь эвакуации таманской группировки немцев мог проходить только через Азовское море и Керченский пролив.

Окруженная группировка армий группы А состояла из 17-ой полевой (двенадцать армейских дивизий - 9, 57, 73, 255, 332, 19 и 10 (румынские) пехотные дивизии, 97 и 101 егерские, три горнострелковые 1, 4, и 3 (румынская), 5,6,8 кавалерийские (румынские) и авиаполевая дивизии, 13 танковая дивизия, а также четырех армейских групп до полка каждая и несколько отдельных команд. Всего на полуострове скопилось более 400 тыс. солдат и офицеров, 2860 орудий и минометов, свыше 100 танков и штурмовых орудий, 300 боевых самолетов.


Для советского командования этих частей было весьма возможной целью - организовать немцам новый более значимый и больший по размерам Сталинград.

Сталин 24 января 1942 года вызвал в Кремль и лично поставил задачи по окружению и уничтожению немецкой группировки войск, командующему Северокавказским фронтом генерал-полковнику Масленникову Ивану Ивановичу и командующему Черноморским флотом вице-адмиралу Владимирскому Льву Анатольевичу. Задача была поставлена зажать группировку немцев на Таманском полуострове, частично уничтожить и частично принудить к сдаче.

Превосходство советской стороны в сухопутных войсках немецкое командование рассчитывало компенсировать за счёт авиации, которой на тот момент на том участке фронта было в избытке. В ответ на это, штабом фронта был разработан план авиационного наступления, которым предусматривалось, завоевав господство в воздухе, поддержать действия сухопутных войск.

Верховным командованием Красной армии авиационным частям Кавказского фронта и Черноморского флота была поставлена задача завоевания господства в небе. Без этого выполнить поставленную задачу по окружению и уничтожению немецких войск, выполнить невозможно.

На Кавказ и Кубань дополнительно перебрасываются сотни новых самолетов истребителей и бомбардировщиков, только что поступивших в СССР по ленд-лизу. Срочно на базе запасных учебных полков формируются новые части, пополняются авиационной свежей техникой уже потрепанные в боях части. На Кавказ перебрасываются лучшие летчики ассы, из резерва главного командования и с других фронтов.

Началась битва за господство в воздухе на Предкавказье. Всего в сражениях с обеих сторон участвовало более двух тысячсамолётов. Ожесточённыевоздушные боидлились непрерывно многие часы с широким наращиванием сил с обеих сторон, в отдельные дни проводилось до 50 групповых воздушных боёв с участием 50-100 самолётов с каждой стороны. В результате советская авиация все же завоевала господство в воздухе на данном участкесоветско-германского фронта. Но на проведении операции Северокавказского фронта и Черноморского флота уже не сказалось.

Немецкое командование делали все, чтобы спасти своих солдат и технику. Снабжение плацдарма осуществлялось изКрымачерезКерченский пролив. Ежесуточная потребность составляла 1270 тонн грузов. Морские перевозки осуществлялась силамибыстроходных десантных барж,паромов "Зибель"идесантных катеров. Также был организован "воздушный мост" при помощивоенно-транспортной авиации. Для этого были даже переброшены транспортные самолеты с других фронтов.

Помимо этого, через пролив была построенаподвесная канатная дорогаи начато строительствожелезнодорожногомостаинефтепровода

Постоянно на аэродромы Крыма перебрасываются авиационные части для прикрытия переправы и попавших в окружение частей.

Основная задача по блокированию группировки немцев с моря и со стороны Керченского пролива ложилась на наличные корабли и авиацию Черноморского флота.

Гитлер требовал от генералов немедленной эвакуации на материк 13 танковой дивизии.

Можно, безусловно пофантазировать, а что бы было если бы в конце 1942 или начале 1943 годов удалось все же захватить господство в воздухе. Разгром сил 17 армии и 13 дивизии стал бы делом пары месяцев. А это все же более 400 тысяч хорошо обученных солдат и офицеров, имеющих боевой опыт, 2860 орудий и минометов, свыше 100 танков и штурмовых орудий, 300 боевых самолетов. Наверняка освобождение советской земли была бы осуществлена в более короткие сроки. Война бы возможно закончилась бы минимум на год раньше. И самое главное было бы намного меньше жертв. Эта группа армий, названная "А" была наиболее боевой среди немецких войск. Именно ее направил Гитлер для прорыва в Закавказье и захвата бакинской нефти. А нефть это кровь танковых дивизий, воздушных флотов. Если встанут, то все! Конец войне! А пока приходится пользоваться запасами румынской нефти в Плоешти. Это прекрасно понимал Гитлер и прекрасно знал Сталин.

На уничтожение запасов нефти в Плоешти, уничтожение цистерн хранения в Констанце, уничтожение танкеров на маршрутах доставки нефти и ее компонентов - бензина, керосина, соляра и направлял он силы Черноморского флота.

Истрия не имеет сослагательного наклонения. Немецкое командование прилагает все силы, чтобы вытащить свои части из образовавшегося котла. Один за другим идут морские конвои в Ялту, Керчь, Бердянск, Мариуполь и Феодосию, вывозя из окружения наиболее боеспособные части вермахта и в первую очередь танковые части 13 танковой дивизии. Транспортные самолеты совершают по несколько десятков рейсов за день, вывозя командование армий, военные и материальные ценности, прежде всего в Крым и к Ростову. Ежедневно гибнут десятки самолетов бомбардировщиков и истребителей, гибнут многие десятки летчиков. Но борьба идет не на жизнь, а на смерть и все понимают цену этого сражения, разыгравшегося в небе Тамани и Крыма.

Командующий Черноморским флотом ежедневно отправляет на коммуникации и к берегам Крыма все наличные подводные лодки, торпедные катера, вылетает на бомбежки конвоев и средств эвакуации все наличные бомбардировщики и торпедоносцы, в свободный поиск ("набеговые операции") отправляются из Туапсе к берегам Крыма и Керченскому проливу наиболее быстроходные корабли - эсминцы и легкие крейсера. На Азовском море с другой стороны Керченского пролива действуют силы Азовской флотилии.

Однако, несмотря на все принимаемые усилия, действия крейсеров, эсминцев, торпедных катеров, подводных лодок, авиации ВМФ и армии значительных успехов в деле срыва операции немцев по эвакуации частей блокированных немецких армий у Черноморского флота не удалось достигнуть (потоплен несколько немецких сторожевых катер и несколько десантных самоходных барж). Немецкие войска благополучно эвакуируются с Таманского полуострова по морю и воздуху. Немцам удалось вывести с полуострова основные силы войск и техники - морем, воздухом, по построенному на сваях железнодорожному мосту с Тамани в Крым. На Тамани остались лишь части прикрытия.

Сталин негодовал по поводу неспособности командования фронта и флота справиться с поставленной задачей. Окружение немецкой группировки, загнанной уже в капкан не получилось, немцы ускользнули из построенного им котла.

В мае 1943 года Сталин меняет командующего Северокавказским фронтом генерал полковника Масленникова Ивана Ивановича на генерал-полковника Петрова Ивана Ефимовича.

Успехи флота оказались настолько незначительны, что безусловно вызывало раздражение ставки Верховного главнокомандующего, штаба Северокавказского фронта и наркомата ВМФ. Сталин вне себя.

Еще в начале февраля 1943 года Нарком ВМФ Кузнецов Николай Герасимович директивой ставит перед Черноморским флотом две задачи:

1. нарушение сообщений и морских перевозок из Румынии в Крым и на Керченский полуостров;

2. содействие действиям сухопутного Северокавказского фронта по блокированию немецкой группировки на Таманском полуострове.

Для этого он требует использовать морскую авиацию, подводные лодки и корабли и торпедные катера флота.

Наступающие фронты на материке ушли далеко вперед и лишь армейские части Северокавказского фронта и Черноморского флота стоят на месте на границе Крыма.

В октябре 1943 года нарком ВМФ Кузнецов Николай Герасимович лично с группой высших офицеров комиссариата ВМФ вылетает на Черноморский флот, дабы выяснить причины невыполнения его распоряжений и указаний.

Подобная инспекция, как правило, определяет, соответствуют ли руководители флота своим должностям и все ли они сделали для реализации приказаний и директив вышестоящих штабов.

На флоте это понимают и именно на это время планируют проведение трех операций по реализации приказания Наркома.

Первая по бомбардировкам порта Констанца, откуда осуществляется переброска грузов и нефти в Крым силами дальней авиации.

Вторая уничтожение сил флота противника, портовых сооружений и инфраструктуры портов силами набегового отряда надводных кораблей.

Третья. Силами подводных лодок выйти на маршруты перевозки горючего из портов Румынии в Крым и заблокировать их.

Препятствовать вывозу основных сил немцев с Таманского полуострова в октябре было уже поздно. Силы Северо-Кавказского фронта уже фактически добивали немцев на Тамани (9 октября 1943 года были освобождены станица Кавказ и коса Тузла). Поход кораблей эскадры для обстрела портов Крыма, налет тяжелых бомбардировщиков на нефтяные базы Констанцы, развертывание подводных лодок на маршрутах движения транспортов, как бы демонстрировал прибывающему высокому командованию, что флот активно действует всеми силами по выполнению директивы Наркома. Демонстрировал активную деятельность флота по реализации его указаний.

Налет на Констанцу

Для налета на Констанцу и порт Сулин отбираются лучшие экипажи 36 дальнебомбардировочного авиационного полка с аэродрома Геленджик. В составе полка числилось 3 эскадрильи - 24 самолета DB-7B "Бостон" и один самолет A-20G "Бостон". Для атаки Констанцы отбирается по некоторым данным 7 экипажей 1 эскадрильи, имеющих боевой опыт - лучшие летчики и штурмана. 6 самолетов DB-7B "Бостон", приспособленных для низковысотного торпедометания и 1 самолет A-20G "Бостон" для фотофиксации результатов атаки. Старшим назначен командир 1-ой авиаэскадрильи майор Фокин Александр Иванович, по другим данным заместитель командира полка полковник Бидзинашвили Шио Бидзинович. Три ударных звена по два самолета в каждом.

Организаторы операции рассчитывали на внезапность появления наших бомбардировщиков над портом и нанесения удара. Иначе мощнейшего ПВО Констанцы не преодолеть. Красиво планы операции выглядят на красиво разрисованных штабных картах, а на деле самолетам ударной группы предстоит необнаруженными 800 километров до Констанцы вдоль Крымского берега (где на аэродромах сидят истребители 3-ей эскадры авиации Германии) и хорошо поставлена воздушная разведка. А если лететь вдоль побережья Турции, то это все 1000 километров и столько же вернуться назад. Дальность полета самолета DB-7B "Бостон" по техническим характеристикам - 1680 километров. То есть долететь от Геленджика до Констанцы можно только вдоль крымского берега в зоне действия истребителей немцев, прижимаясь к нему. В этом случае горючего хватит только долететь и вернуться назад, если конечно возвращение запланировано.

В данном случае весь расчет операции делался на то, что в полет идут опытнейшие летчики и на месте по обстановке разберутся что делать и как и сделают наилучшим образом.

Как говорят суеверные авиаторы, чем продуманнее авантюра, тем меньше шансы ее практической реализации, чем более высокое командование непосредственно занимается операцией - тем меньше вариантов ее успешной реализации.

28 сентября 1943 г. экипажи провожали с оркестром и митингом. В напутственном слове командир 2-й эскадрильи полковник Н.Токарев сказал:

- Помните, что в истории черноморской авиации этого еще не было. Первыми это делаете вы, советские летчики. Ждем вас с победой!

- В 11.00 семь "Бостонов" пошли на взлет. Самолет-разведчик Маслова поднялся на высоту, торпедоносцы пошли на высоте 500-600 метров, затем опустились еще ниже. Радиопереговоры были запрещены, пользовались только визуальными условными сигналами.

На случай радиолокационного слежения трижды меняли курс, создавая видимость налета на болгарский порт Варна.

В 40 километрах от Констанцы "Бостоны" группы Бидзиношвили наткнулись на немецкую летающую лодку "Дорнье-24" (по другим данным - "Гамбург-138"). Разведка у порта Констанца была поставлена немцами и румынами хорошо.

Внезапность операции была утрачена - теперь группу "Бостонов" уже поджидали 15 зенитных батарей различного калибра и около 40 стволов корабельных автоматов на кораблях находившихся в Констанце. На румынских аэродромах была объявлена тревога. Дежурные звенья румынских и немецких истребителей поднялись в воздух для перехвата торпедоносцев.

После обнаружения самолетов, полковник Бендзинашвили принимает единственное оставшееся в данной обстановке решение. Оно в паре со старшим лейтенантом Дюковым первым атакует Констанцу в лоб, привлекая к себе внимание всей румынской и немецкой ПВО, а в это время две другие пары заходят на Констанцу с левой и правой стороны. Группа разделилась на три подгруппы.

В 1946 году штурман звена 2-ой эскадрильи 36-го дальнебомбардировочного авиационного полка Н.Д.Малаховский записал воспоминания очевидцев налета группы Ш.Б.Бидзинашвили. Вот несколько выдержек из этих бесед.

Бывший командир румынской зенитной батареи:

- Их было шесть, а седьмой, по-видимому, разведчик, прошел на большой высоте. Три самолета были подбиты над базой... Их летчики направляли свои машины туда, где можно было нанести максимальный урон. Один самолет взорвался на территории нефтегородка (самолет Бидзиношвили), второй пытался горящим врезаться в корабль, но почему-то не долетел и врезался в платформу с танками в северной части города (самолет Левашова).

Служащий управления порта:

- Я должен был обеспечить погрузку двух транспортов, направляемых в Севастополь. Сидел с капитаном судна в кают-компании за обедом, и тут завыла сирена и тут же начала стрелять зенитная артиллерия. Выбежали на палубу. С юга на высоте не более 50 метров шел двухмоторный самолет. Из его носовых установок извергались в нашу сторону разноцветные трассы. Как только он оказался над бухтой - сразу сбросил торпеду. Это было метрах в 700 от нас. Взрыв произошел между носом миноносца и кормой буксира. Оба корабля были выведены из строя (атака Рукавицына. - Авт.).

Два самолета, подбитые на подходе, врезались: один в нефтецистерны в юго -западной части Констанцы (экипаж Ш.Б.Бидзинашвили - штурман полка Ш.А.Кордонский, стрелок-радист А.П.Кузнецов и воздушный стрелок П.И.Бородин), второй - в районе железнодорожной станции в воинский эшелон (экипаж В.А.Левашова, штурман В.И.Ярыгин, стрелок-радист М.К.Еремеев. - Авт.), третий после сброса торпеды, которая взорвалась у мола, уничтожив катер и повредив шхуну, упал у зенитной батареи "комсомольский экипаж" М.Г.Дюкова, штурман И.Е.Недюжко, стрелок-радист П.И.Миронов.

Герой Советского Союза В.Рукавицын участник этого рейда:

- Сбросив торпеды, мы пронеслись над кораблями, над городом, затем пошли на разворот. В этот момент я услышал голос Бидзинашвили: "Машина горит. Экипаж погиб. Прощайте....". Выйдя из разворота, летчик какое-то время шел по прямой, очевидно, выбирал себе последнюю цель, потом довернул вправо и направил машину на окраину города. Я посмотрел в том направлении и увидел склад горючего - пять или шесть бензоцистерн в ограждении. Секунда - и там раздался взрыв....

П.Миронов, стрелок-радист из экипажа М.Дюкова:

- Наш самолет шел справа от машины Бидзинашвили. Снарядом он был подожжен и, пылая, пронесся над пирсом. Горел и наш торпедоносец... Осколком меня ранило в голову, и я потерял сознание... Очнулся уже в тюремном госпитале. Позднее узнал, что мой командир и штурман были живы после падения. Дюков, потеряв высоту, буквально "проехался" по зенитной батарее), уничтожая орудия и расчеты. Потом они, выхватив личное оружие, уничтожили несколько вражеских солдат, а затем застрелились... Я своими глазами видел, как торпеда самолета полковника Бидзинашвили поразила большой корабль... От румынских матросов слышал, что в итоге налета было потоплено в порту много судов, убито более 700 фашистов, сгорели портовые сооружения и склады.

Майору Фокину и старшему лейтенанту Рукавицыну удалось уцелеть и первой результативно сбросить торпеды. Паре Рыхлова Александра Дмитриевича и Левашева повезло уже меньше. Когда до мола оставалось около 100 м, машина Рыхлова получила 4 мелкокалиберных снаряда, один из которых разбил приборную доску и контузил летчика, другой разорвался в штурманской кабине, тяжело ранив штурмана Клюшкина.

Закрывая одной рукой выбитый глаз, другой старший лейтенант продолжал работать с торпедным прицелом. После сброса торпеды Рыхлов успел заметить, что самолет Бидзинашвили горит и приближается к земле, явно нацеливаясь на что-то в районе порта.

Машина Левашова тоже пылала и тянула к берегу, поливая близлежащие цели пулеметным огнем из всех стволов.

"Бостон" Дюкова еще не горел, но из-под правой консоли тянулся бензиновый шлейф, торпедоносец снижался, а яростные трассы носовых пулеметов как будто пытались остановить огненные шары, несущиеся навстречу с берега.

Тут осколок рассек электропроводку в кабине Рыхлова, моторы встали, и "Бостон" начал терять высоту. В отчаянии летчик сжал оголенные провода рукой, другой ударил по приборной доске. Моторы взревели, когда до воды оставалось 15 метров.

Едва не цепляя волны, старший лейтенант уводил самолет в море.

Зенитки неожиданно затихли - после сильного взрыва над городом поднялись сполохи пламени и небо стало затягиваться густым черным дымом горевших нефтехранилищ. Зато задние пулеметы "Бостона" не умолкали - стрелок- радист В.Степашко вел огонь, пока верил, что его очереди хотя бы долетают до порта...

Навсегда остались в Констанце:

"Бостон 1"

1. полковник Бидзинашвили Шио Бидзинович - заместитель командира 36 ап, 1904 года, Грузинская СССР, г. Гори - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

2. гвардии капитан Кордонский Шика Абрамович - штурман 3 авиаэскадрильи, 36 авиаполка, 1913 года, Одесская область, г. Вознесенск - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

3. сержант Кузнецов Александр Петрович - воздушный стрелок-радист, 1920 года, Мурманская область. с. Пялица

4. младший сержант Бородин Павел Илларионович - воздушный стрелок, 1922 года, г. Сталино (Донецк)

"Бостон-2"

5. капитан Левашев Владимир Матвеевич - командир 1 авиаэскадрильи, 36 авиаполка, 1909 года, Курская область, с. Совини - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

6. лейтенант Ярыгин Василий Иванович - штурман самолета 1 авиаэскадрильи, 36 авиаполка, 1913 года, 1913 года, Курская область. с. Любяш - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

7. младший сержант Еремеев Михаил Константинович - воздушный стрелок-радист, 1919 года, Краснодарский край, с. Кома - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

"Бостон-3"

8. старший лейтенант Дюков Михаил Георгиевич - летчик 1 авиаэскадрильи, 1920 года, Краснодарский край, с. Левкинское - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

9. младший лейтенант Недужко Игорь Евстафьевич - штурман самолета 1 авиаэскадрильи, 36 авиаполка, 1918 года, Днепропетровская область, с. Николаевка - погиб 28.09.1943 в районе Констанцы

10. сержант Миронов Петр Ильич - воздушный стрелок радист, 1918 года, Тульская область, с. Куракино

Остальные экипажи все же вернулись на родной аэродром.

Встречали разбитые снарядами и пулеметными очередями вернувшиеся самолеты с оркестром. От ударной группы осталась только половина. Притихшие люди разглядывали изуродованные машины, врачи вынимали из развороченной штурманской кабины старшего лейтенанта Клюшкина, а над ними гремела торжественная музыка.

Командование полка и дивизии, хотя и считало необходимым представить всех отличившихся летчиков к наградам, однако проявило осторожность - потери оказались слишком серьезными, результат же операции был еще не ясен. Поэтому представили сначала вернувшихся.

Однако спустя неделю случилась трагедия, после которой стало уже не до Констанцы. 6 октября 1943 г. несколькими последовательными ударами "Юнкерсы" пустили ко дну целое соединение крупных надводных кораблей: лидер "Харьков", эсминец "Способный", краснознаменный эсминец "Беспощадный" - и это в открытом море, на полном ходу, под истребительным прикрытием! Погибла в Каркинистком заливе подводная лодка "А-3" со всем экипажем.

Спустя четыре месяца "раненый при выполнении боевого задания" штурман А.С.Клюшкин был извещен в госпитале, что ему присвоено звание Героя Советского Союза. Еще через четыре месяца, 15 мая 1944 г., героями Советского Союза стали командиры вернувшихся экипажей стали майор Фокин Афанасий Иванович, капитан Рукавицын Владимир Павлович и старший лейтенант Рыхлов Александр Дмитриевич. Остальные вернувшиеся члены экипажей получили ордена.

Экипажи Бидзинашвили, Левашова и Дюкова, навсегда оставшиеся в Констанце, некоторое время вообще были в безвестности. "Мертвые сраму не имут" и ничего не просят. Погибшие так и не были награждены по каким-то причинам. Хотя надо отдать должное командованию на них были поданы наградные листы, но по каким-то причинам они были остановлены. Время наверно было неудачное или что-то кому-то из вышестоящего командования не понравилось.

1944 году первый номер газеты иркутского авиазавода "Сталинец" вышел 3 января. В нем был опубликован некролог:

- При исполнении служебных обязанностей, на фронте борьбы с немецкими захватчиками погиб бывший работник цеха т. Костюка Бидзиношвили Шио Бидзинович. Товарищ Бидзиношвили родился в 1904 году в городе Гори, в семье рабочего железной дороги. До поступления в военную школу товарищ Бидзиношвили работал слесарем и машинистом в городах Батуми и Тбилиси. С 1929 г. он член ВКП(б)... Истинный патриот своей Родины, всей своей горячей душой Шио Бидзиношвили рвался на фронт, чтобы лично участвовать в боях с ненавистным врагом. Желание его исполнилось - он снова воевал на одном из участков фронта, но шестая фронтовая операция оказалась для него роковой...

- Пропал наш "Бензиныч", - сожалели на заводском ЛИСе, - недолго воевал. И чего в пекло рвался - здесь-то от него пользы больше было бы!

Много лет спустя, в результате многочисленных ходатайствований еврейской общины СССР, именно за эту операцию, посмертно звание героя Советского Союза члену экипажа "Бостона" полковника Бидзинашвили Ш.Б. штурману 2-ой эскадрильи Кардонскому Шике Абрамовичу было присвоено 4 октября 1990 года. А остальные погибшие так и остались до сих пор не награжденными. Золотую звезду Героя и орден Ленина получила вдова Шики Абрамовича.

В 1975 г., к 30-летию Победы, в Комсомольском парке Иркутска был открыт мемориал погибшим заводчанам (авторы В.Щербин и Д.Цветков), в мартирологе которого значится и Ш.Б.Бидзинашвили. Идею создания мемориала подали комсомольцы авиазавода, которые на субботниках заработали деньги на его строительство. Сбором документов и других материалов занималась инженер БТИ В.И.Ионушас, которая в то время заведовала заводским музеем. Там сохранился только рисованный портрет Бидзинашвили, выполненный художником-самоучкой И.М.Мирманом. Копия портрета, а также фотографии музейной экспозиции и мемориала были отправлены в Донецк сыну Шия Бидзинашвили Евгению Александровичу.

Сын Шия Бидзиновича однако отметил:

- На доске мемориала фамилия отца написана с ошибкой (Бедзинашвили), а правильно, как у вас в музее - (Бидзинашвили) - можно ли исправить эту ошибку сейчас? Ее исправили в 1980 г. В дальнейшем Валентина Ивановна провела большую работу по поиску заводских сослуживцев Шио Бидзиновича.

В свою очередь, Бидзинашвили-младший прислал фотографии из семейного архива. Новая заведующая музеем Л.П.Вахонина продолжала переписку и поисковую работу по этой теме до середины 80-х гг., в создании этого материала есть и ее заслуга.

28 марта 1981 г. в Севастополе был открыт памятник летчикам-черноморцам (авторы Ю.Канашин, М.Фортуна, М.Раду). На 19 скрижалях мемориала - имена 1296 "крылатых бойцов", погибших в годы Великой Отечественной войны и не имеющих захоронений. Есть там и полковник Ш.Б.Бидзинашвили. По иронии судьбы, спустя ровно полгода после его гибели в "Известиях" за 30 апреля 1944 г. был напечатан Указ Президиума Верховного Совета СССР, которым среди летчиков-испытателей, награжденных "за образцовое выполнение заданий Правительства по испытанию боевых самолетов", Шота Бидзинович Бидзинашвили был удостоен ордена Красного Знамени. А ведь должна была видимо быть Золотая Звезда за Констанцу, как у тех, кто вернулись!

Полковник Бидзиношвили.

Теперь о нелегкой судьбе полковника Бидзинашвили Шио Бидзиновича.

У этого человека судьба была своеобразной - даже суровой, но справедливой назвать ее трудно. Его имя упоминается в многочисленной официальной и мемуарной литературе, посвященной боевым действиям на Балтике и Черном море в начале 40-х гг., однако даже фамилия часто пишется неправильно (сам он писал Бидзинашвили, а свое имя по-русски называл Александр). Он был лично знаком, дружен и честно делал общее дело с людьми, имена которых теперь составляют гордость и славу отечественной авиации, но они стали героями, а он многие годы был почти забыт...

В 13 лет Шио Бидзинашвили поступил на частный завод Хантария учеником машиниста динамо-машины и потом почти 10 лет работал на различных электростанциях - от больничных до железнодорожных и нефтеперегонных. Параллельно закончил индустриальный техникум и два курса Тбилисского университета. Но в 1927 г. из-за плохих "материальных условий" оставил университет и добровольно поступил в ленинградскую военно-теоретическую школу ВВС РККА. Затем закончил 2-ю Военную школу летчиков.

- Помню (Бидзинашвили) по учебе в летной школе, -. вспоминал В.К.Коккинаки, - его всегда отличало спокойствие, уверенность, дисциплинированность и мощная борода, что резко выделяло его из среды остальных курсантов╖.

В марте 1930 г. свежеиспеченный младший летчик Бидзинашвили был направлен в 32-ю легкобомбардировочную эскадрилью, где зарекомендовал себя перспективным специалистом. В 1932 г. его, уже старшего летчика, направили в Военно-воздушную академию им. Н.Е.Жуковского, после окончания которой он командовал 24-й эскадрильей ВВС Балтийского флота. Его разносторонние способности - летные, технические, организационные - командование оценило достаточно быстро: с началом формирования на Балтике минно-торпедных частей, вооружаемых новыми самолетами ДБ-3

Капитана Ш.Б.Бидзинашвили в январе 1938 г. назначили командиром эскадрильи особого назначения. Функции ее были многоплановыми - это была своеобразная школа, где личный состав не просто изучал ДБ-3, а занимался выявлением конструктивных недостатков машины, отработкой тактических приемов и даже разработкой технических предложений по итогам боевой практики. После службы в этой эскадрилье авиаторы становились ведущими специалистами во вновь формируемых подразделениях.

Через год эскадрилья м-ра Бидзинашвили стала лучшей в 1-м минно-торпедном полку (МТАП), который, в свою очередь, считался одной из лучших частей ВВС Балтфлота.

1-й МТАП стал одним из заметных участников целой цепи трагических событий, начавшихся на Балтике в 1939 г. во время войны с Финляндией.

30 ноября 1939 г., восемь ДБ-3 из 3-й эскадрильи получили задание атаковать у о. Ханко финские броненосцы береговой обороны "Ильмаринен" и "Вяйнемяйнен". Корабли найти не удалось, и командир отряда к-н А.М.Токарев не придумал ничего лучшего, чем отбомбиться по Хельсинки, где все еще не верили, что началась война. В итоге сильно пострадал густонаселенный район между Техническим университетом и автостанцией, едва не досталось зданию парламента и зоологическому музею. 91 человек был убит, несколько сот ранено.

Советский Союз за этот налет был исключен из Лиги Наций, однако капитан Токарев получил Золотую Звезду Героя. Командира полка перевели на другую должность, а 1-й МТАП возглавил Бидзинашвили.

Дальнейшие события наглядно описывает наградное представление на Бидзинашвили, в котором, в частности, говорится: "Во время боевых действий ... под его руководством полк произвел 1064 вылета на бомбометание по береговым батареям, военным объектам и броненосцам береговой обороны противника, налетав при этом 1833 часа". Командир полка Бидзинашвили был награжден орденом "Красного Знамени" за номером 10729.

После окончания Финской войны мирная передышка длилась недолго.

13 июня 1940 г. в 1 -и МТАП был доставлен приказ о начале морской и воздушной блокады Эстонии. "Приказ содержал указания проверять все суда, покидающие Эстонию, а также всех пассажиров и весь груз на их борту". Возможно предполагалось, что эстонское правительство будет пытаться покинуть страну и, возможно, будет находиться на каком-либо судне. В случае, если какое-либо судно не остановится или попытается оказать сопротивление, разрешалось открывать по нему огонь. Национальная принадлежность не имела значения. То же самое относилось и к самолетам. Бидзинашвили не очень понимал, как можно остановить и досмотреть в воздухе подозрительный самолет, но приказ нужно было выполнять, и он организовал патрулирование летающими лодками МБР-2, способными длительное время находиться в воздухе.

Гидросамолеты должны были действовать парами, что давало возможность перехватывать не только воздушные цели, но и надводные. При обнаружении таковой одному МБР предстояло приводниться, и его экипаж под прикрытием кружащего напарника мог досмотреть судно. 14 июня 1940 г. пара МБР-2 патрулировала над Финским заливом. В районе острова Кери (Кокшер) они перехватили пассажирский "Юнкерс-52", летевший их Эстонии в Финляндию. Советские летчики некоторое время сопровождали его и прекрасно видели гражданский регистрационный номер OH-ALL финской авиакомпании "Аэро" и собственное имя "Калев". Самолет летел в нейтральных водах, приближаясь к побережью Финляндии, и принудить его к посадке для досмотра на "ближайшем советском аэродроме" было более чем проблематично.

Подчиненные Бидзинашвили раздумывали не очень долго (ведь война с Финляндией завершилась всего три месяца назад).

"Калев" который после предупреждения отказался следовать на советский аэродром, был сбит. Свидетелями оказались пять эстонских рыболовных судов, находившихся в Финском заливе и досматривавшая их подлодка Щ-301. На воде плавали обломки самолета, вализы с дипломатической почтой, среди погибших при падении пассажиров, находившихся на борту "Калева" На борту находились один американский, два французских и два немецких дипкурьера. Тела и документы были подняты на борт подводной лодки. Также были найдены документы финского летчика.

Уничтожение нейтрального самолета с дипкурьерами - международный скандал! Правительства США, Франции, Германии предъявили претензии СССР.

Политуправлением Балтфлота оперативно "назначило виноватого": - командир полка не способен контролировать подчиненных должным образом.

В октябре 1940 г. приказом Наркома Военно-Морского Флота п-к Бидзинашвили был уволен в запас по статье 43 (несоответствию должности).

18 февраля 1941 г. он стал летчиком-испытателем иркутского авиазавода 125. На этом предприятии начали разворачивать производство пикировщика Пе-2. Для его скорейшего освоения решили одну из первых "пешек" московского выпуска надо было перегнать в Иркутск своим ходом.

В перелете для разработки методик серийных заводских испытаний требовалось оценить пилотажные и посадочные характеристики, удобство эксплуатации, отметить достоинства и недостатки.

В то время на иркутском авиазаводе такой летчик был один - Бидзинашвили. В конце весны он был направлен в Москву вместе с бортинженером П.Немшиловым и радистом П.Крейсиком. Перелет совершили с несколькими промежуточными посадками.

После перелета Бидзиношвили отметил достоинства и недостатки этого самолета

С первых же дней войны Бидзинашвили стал настойчиво требовать отправки на фронт, но его опыт был необходим на заводе, и его рапорты отклонялись.

От завода потребовали не только увеличить выпуск бомбардировщиков, но и начать производство дальних истребителей Пе-3, причем доработать их конструкцию с учетом боевого опыта первых месяцев войны. Пе-3 предполагалось применять во флотской авиации.

В феврале 1942 г. Шио Бидзиновича назначили начальником заводской летно-испытательной службы (ЛИС). Во многом благодаря ему сибиряки не побоялись пойти на серьезные конструктивные доработки самолета без всяких переходных серий, на которых потеряли время казанские коллеги. Обновленные Пе-3 получали турель с крупнокалиберным пулеметом, усиленное бронирование, шасси с увеличенной базой, предкрылки. Большинство новшеств параллельно внедрялось и на Пе-2.

Бидзинашвили делился с заводскими летчиками и специалистами ЛИСа своими знаниями и умением выявлять "будущие фронтовые болезни" самолетов. Великолепный специалист, до тонкостей знающий свое дело, он был человеком высокой принципиальности и требовательности, необычайной силы воли и хладнокровия. Твердо зная, что в авиации мелочей не бывает, он был суров к тем, кто допускал в работе спешку, которая могла привести к непростительным ошибкам и соответствующим последствиям.

Был случай, когда Бидзинашвили чуть не отдал под суд авиатехника, который зачерпнул бензин из цистерны грязным ведром. После этого аэродромная братия за глаза называла его "бензиныч".

Товарищи по работе ценили его тонкий юмор, он умел создать атмосферу, в которой царили взаимопонимание и дружеская поддержка.

В 1943 г. очередной рапорт полковника Бидзинашвили был удовлетворен - он был направлен на Черноморский флот в 36 дальнебомбардировочный полк заместителем командира полка.

Базирующаяся на Кавказе дальняя авиация в тот период действовала только на морских коммуникациях и лишь эпизодически атаковала ближайшие крымские порты, а на Констанцу - главную морскую базу противника - из-за ее большой удаленности вообще не летала.

Но в сентябре 1943 года 36 авиаполк получает команду на бомбардировку Констанцы. С этого задания полковник Бидзинашвили уже не вернулся. По словам сослуживцев, он совершил подвиг, вызвав огонь всего ПВО на себя и направив подбитый и горящий самолет на цистерны с топливом.

Однако ни он, ни его погибшие в этом вылете товарищи, совершившие подобные подвиги, так же награждены не были, кроме штурмана самолета Бидзинашвили капитана Шики Абрамовича Кордонского уже в 1990 году, спустя 47 лет.

Очень хотелось, чтобы подобные подвиги не были забыты и стали известными нашим согражданам. Мы должны гордиться, в том числе такими, погибшими малоизвестными героями.

Старший лейтенант Триандофилов

В этот же день 28 сентября 1943 года в районе Сулины погиб еще один экипаж этого же 36-ого дальнебомбардировочного авиационного полка. Гибель этого экипажа хорошо описывается в мемуарных воспоминаниях летчика этого полка Коваленко "Крылья Родины".

Нет, не зря "утюжил воздух" Женя Акимов. На рассвете следующего дня он ушел в очередной полет на воздушную разведку. Ушел "правым кругом". Это значит, что он должен разведать все порты и аэродромы западной части Черного моря - от Босфора до Севастополя. Полет длительный, напряженный. Как всегда, он вылетел на своем видавшем виды "Федоре" - самолете ДБ-3ф.

Полет протекал без особых приключений. Уже осталось позади больше половины маршрута, впереди показалось Дунайское гирло, а чуть правее - единственный в Черном море остров Змеиный, когда в наушниках раздался голос Алеши Пастушенко:

- По курсу - большой караван судов! Отворот вправо!

Прошли прямо над караваном. Пастушенко сфотографировал его. Караван, действительно, оказался большим: четыре нефтеналивных судна водоизмещением 4-5 тысяч тонн каждое, несколько быстроходных десантных барж, их охраняли тральщики, катера - всего около 15 вымпелов.

Отошли в море. Пастушенко передал радиограмму об обнаруженном караване, получил подтверждение. Через несколько минут - новая радиограмма: вылетают торпедоносцы.

- Что будем делать? - спросил штурман Акимова.

- Подождем немного. А то еще уйдут в сторону, торпедоносцы не найдут. Горючего пока достаточно.

Два часа разведчик галсировал в море, наблюдая за караваном. Тот не менял курс, шел вдоль берега на Констанцу. Уже пришло сообщение о вылете торпедоносцев. Акимову [182] очень хотелось дождаться их у цели, но прибор упорно подчеркивал: горючего едва хватит на обратный путь.

Надо уходить.

На аэродроме их ждало приятное сообщение: пятерка торпедоносцев вылетела на перехват каравана. Два из них торпедоносцы потопили. Один торпедоносец взорвался в воздухе, экипаж погиб.

Гибель экипажа при торпедировании - явление нередкое. Ничего не поделаешь: такая уж опасная работа.

Прилетевшие товарищи рассказывали, что при торпедометании уже после отделения торпеды снаряд попал в бензобак и самолет старшего лейтенанта Триандофилова Д.И. взорвался в воздухе и рассыпался. Выжить кому-нибудь было нереально.

В документах командования полка и ВВС ЧФ прошло донесение о гибели экипажа старшего лейтенанта Триандофилова Дионисия (у товарищей по полку просто Димка):

"Бостон- DB-7B"

1. старший лейтенант Триандофилов Дионисий Исаакович - летчик 1 авиаэскадрильи, 36 авиаполка, 1919 года, Крымская АССР, д. Кисек-Аратук - погиб 28.09.1943 в районе Сулина

2. младший лейтенант Павлов Вячеслав Игоревич - штурман самолета 1 авиаэскадрильи, 36 авиаполка, 1922 года, г. Брянск - погиб 28.09.1943 в районе Сулина

3. сержант Смоленский Петр Павлович - воздушный стрелок-радист, 1920 года, Крымская АССР, п. Биюк-Анлар - погиб 28.09.1943 в районе Сулина.

Но чудеса случаются даже на войне.

Во как описывает это чудо черноморский летчик Владимир Коваленко в своей книге "Крылья Родины":

- Осенью 1945 года я прибыл в одну из частей ВВС ЧФ и встретил... Димку Триандофилова. Такого же бодрого и подтянутого, как и прежде, с орденом Красного Знамени на груди. Я онемел от неожиданности, потерял дар речи, а он сграбастал меня в свои железные объятия и что-то невнятно забормотал.

Триандофилов чуть довернул самолет, еще ближе прижался к воде, двинул сектора газа до отказа: моторы взвыли на высокой ноте. Все внимание летчика было приковано к транспорту. Когда, казалось, самолет вот-вот врежется в его борт, мелькнула мысль: "Пора!" Машина облегченно вздрогнула - торпеда пошла вниз. Триандофилов рванул ручку управления, чтобы "перепрыгнуть" через транспорт, и тотчас раздался глухой взрыв: торпеда попала в цель.

Теперь - поближе к воде, и - зигзагами, подальше от каравана. Самое опасное позади. И вдруг - страшный толчок в спину, ослепительный свет перед глазами, и Триандофилов провалился в черную бездну...

А случилось вот что: снаряд попал в бензобак, взрывом самолет разметало на части. Казалось бы, после такого взрыва на борту самолета не должно остаться ничего живого, чудес не бывает. Но чудо произошло.

Триандофилов очнулся от нестерпимого жара. Открыл глаза: вокруг пылало море. Он не сразу сообразил, что при взрыве его выбросило из самолета и не утонул он благодаря спасательному жилету. А горел вокруг разлившийся из самолета бензин.

Пламя уже полыхало рядом, загорелся комбинезон. Димка хотел отплыть в сторону, но выяснилось, что одна рука ему не подчиняется: при малейшем движении все тело пронзила нестерпимая боль... От резкого движения второй рукой он снова потерял сознание, мозг пронзило короткое: "Все!"

Но, видимо, еще не суждено было ему умереть. Очнулся в катере. Вокруг были румыны: команда и раненые с потопленных кораблей, подобранные в воде. Видимо, и его приняли за своего - румына.

Вместе с "соотечественниками" отправили в госпиталь в Констанцу. Ранения оказались тяжелые: перелом правой ноги и правой руки, перебита переносица (видимо, ударился о приборную доску), много осколочных ранений, сотрясение мозга. К тому же - большая потеря крови.

Полгода боролись за его жизнь румынские врачи, полгода он молчал. А когда дознались, что он советский летчик, не расстреляли (время не то - март 1944-го!) - отправили в лагерь для советских военнопленных. В лагере содержалось около пяти тысяч узников, и в этих тяжелых условиях большинство из них оставалось советскими людьми, преданными Отчизне. Существовала подпольная партийная организация, действовал совет офицеров, решения которого имели силу закона. Среди пленных регулярно проводились политинформации, беседы. Триандофилов и в плену не опускал рук.

После осовбождения и необходимых проверок Димка вновь вернулся в боевой строй черноморских летчиков.

Торпедоносцы "Ду?глас А-20 Хэ?вок/ДБ-7 Бо?стон"


"Ду?глас А-20 Хэ?вок/ДБ-7 Бо?стон"(англ.Douglas A-20 Havoc/DB-7 Boston)- семейство самолётов, включавшеештурмовик, лёгкийбомбардировщикиночной истребитель, во времяВторой мировой войнысостоял на вооруженииВВССША,Великобритании,Советского Союзаи других стран. В ВВС странСодружестваизвестен под именем "Бостон", версия ночного истребителя называлась "Хэвок". ВВВС СШАпринят на вооружение под обозначении А-20 Хэвок.

Одним из самолетов, поставляемых нам американцами, былДуглас А-20 Хэвок/ДБ-7 Бостон(англ.Douglas A-20 Havoc/DB-7 Boston), целое семейство самолетов - штурмовик, бомбардировщик, ночной тяжелый истребитель.Поэтому каждая модификация самолета отличалась двигателями, набором приборов и вооружением. Например, DB-7B Бостон Мк III (в отличии от базовых вариантов самолета этот имел более вместительные баки, что увеличило дальность действия), английский вариант бомбардировщика также поставлялся для Советского Союза и использовался в ВВС РККА. Были и другие модификации, но наиболее массовым в поставках нашей стране был A-20G (в некоторых частях из-за приставки "Ж", его именовали "жучок", наиболее распространенное имя "Бостон"). Это был штурмовой вариант этого самолета.

Постановлением ГКО от 24 сентября 1942 года была утверждена схема перевооружения, предложенная ОКБ завода ╧ 43: два неподвижных УБК по бортам штурманской кабины, сверху УТК-1 с УБТ и еще один УБТ в люке на установке от советского Пе-2. Переделке подлежали все Б-3 (т.е. DB-7B, DB-7C и А-20С). Первые 30 самолетов требовалось перевооружить уже в сентябре 1942 г. И действительно, в сентябре "Бостоны" с советскими пулеметами уже начали действовать на фронте. Параллельно усиливали бронезащиту самолета, проводили доработки для зимней эксплуатации.

Летчики его хвалили за надежность, удобство работы - обширные кабины, хороший обзор, отапливаемость в зимнее время. Кроме того, он был гораздо прост в обслуживании для технического персонала чем наш Пе-2. Также он был легок в пилотировании, проще совершались взлет и посадка.Широко известен отзыв об этом самолете Героя Советского Союза Жолудева Л.В. : "Летом 1942 г. в полку появился американский двухмоторный бомбардировщик "Бостон". С первого знакомства заморский самолет произвел впечатление. Удобное шасси с носовым колесом... резиновые антиобледенители фирмы Гудрич на передних кромках плоскостей, комфортабельная утепленная кабина. Особенно хороша была отделка кабины... ультрафиолетовая подсветка приборов... Радиокомпас и авиагоризонт тоже понравились...Выяснилось, что в управлении машина очень проста, особенно на посадке, скорость развивала примерно такую же, как Пе-2. Но когда командир полка И. С. Полбин опробовал "Бостон" на пикировании, то едва посадил его с поврежденным хвостовым оперением. Запас прочности у бомбардировщика оказался смехотворно малым, чуть ли не таким, как у наших транспортных самолетов. Вот почему на совещании у командира полка мы почти единогласно высказались против "Бостона" в пользу Пе-2.

"Бостоны" состояли на вооружении минно-торпедной авиации всех флотов. На Севере на них летал 9-й гвардейский минно-торпедный полк, на Балтике - 2-й гвардейский и 51-й, на Черном море - 13-й гвардейский. А 36-й минно-торпедный полк сперва перебросили с Черного моря на Северный флот, а затем в августе 1945 г. - в состав ВВС Тихоокеанского флота.

Для того, чтобы самолет мог нести торпеды, на бортах слева и справа в нижней части фюзеляжа под крылом ставились так называемые торпедные мосты. Они представляли собой двухтавровую балку (часто сваренную или склепанную из двух швеллеров) с деревянными обтекателями на концах, прикрепленную к фюзеляжу системой подкосов. Теоретически таким способом можно было брать две торпеды (и на близкие расстояния с крепкого грунта так иногда летали), но обычно вешали одну с правого борта.

Торпедные мосты делали как прямо в частях, так и в различных мастерских. Американские подкрыльные бомбодержатели в этом случае снимались. Пробную переделку A-20G-1 в торпедоносец выполнили весной 1943 г. в Москве на заводе ╧81 на одной из машин, полученных 1-м гвардейским минно-торпедным полком (самолет А. В. Преснякова, впоследствии Героя Советского Союза).

На торпедоносных A-20G советские морские летчики одержали много побед. "Бостоны" обычно действовали в качестве так называемого "низкого торпедоносца" - они сбрасывали торпеды на дистанции 600 - 800 м от цели с высоты 25 - 30 м - с бреющего полета. Скорость самолета при этом равнялась примерно 300 км/ч.

Также этот самолет позволял устанавливать мины и проводить бомбометание, что использовалось летчиками на всех флотах.

Тактико технические характеристики:

Скорость в км/час - 520, высота полета - в м. 86600, дальность полета в км. 1680, Вооружение пушки - 4Х20, пулеметы 7,62, бомбовая нагрузка 2000 кг.


Использованная литература:

1. Авиация ВМФ в Великой Отечественной войне. Москва. Воениздат. 1983

2. Амон Г.А. Морские памятные даты. Под редакцией адмирала В.Н.Алексеева. Москва. Воениздат 1987 г.

3. Бережной С.С. Корабли и суда ВМФ СССР (1928-1945 г.) (справочник). Под редакцией П.Н.Навойцева. Москва Воениздат 1988 г.

4. ИСТОРИЯ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ СОВЕТСКОГО СОЮЗА 1941-1945. 1-6 тома Москва Воениздат МО СССР. 1960-1965 гг. (Под редакцией Поспелова П.Н. и группы авторов)

5. Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Том 1 и том 2. Москва. АПН, 1978

6. Журнал боевых действий оперативного дежурного штаба Черноморского флота. сентбярь 1943 года (документ в Центральном военно-морском архиве за ╧ 18363) Секретно (рассекречено)

7. Книга особого учета н.с. флота 00210 на 297 листах. Совсекретно (рассекречено)

8. Коваленко Владимир Игнатьевич Крылья Севастополя. Записки авиационного штурмана. www.profilib.com

9. Морозов М.Э. Кузнецов А.Я. Черноморский флот в Великой Отечественной войне. Краткий курс боевых действий. Яуза-пресс. 2015

10. ОБД "Мемориал" (сайт http://www.obd-memorial.ru/html/info.htm?id=76460881&page=1) сТриандофиловпециализированной организации -корпорации "ЭЛАР", архивов МО СССР.

11. Платонов А.В. Борьба за господство на Черном море. Москва, Воениздат 2010 год.

12. ПРИКАЗЫ ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕГО в период ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ СОВЕТСКОГО СОЮЗА с 25 января 1943 г. по 3 сентября 1945 г. Москва. Воениздат. 1975 г.

13. РАПОРТ начальнику отдела кадров офицерского состава Главного управления ВВС ВМФ. Донесение о потерях офицерского состава частей ВВС ЧФ в боях Великой отечественной войны с 1 по 10 октября 1943 года ╧ 002115 от 8.10.1943 года на 4-х листах. Совсекретно (рассекречено)

14. РАПОРТ начальнику управления подготовки и комплектования ВМФ организационно-строевого отдела Черноморского флота ╧ 22-0884 от 13 ноября 1943. На 19 листах. Секретно (рассекречено)

15. РОССИЯ И СССР в войнах ХХ века. Потери Вооруженных сил. Статистическое исследование. Москва. "Олма-Пресс" 2001 г. (Под общей редакцией кандидата военных наук, профессора АВН генерал-полковника Г. Ф. Кривошеева.

16. Тельпуховский Б.С. и группа авторов. Великая Отечественная война Советского Союза 1941-1945 "Краткая история" Издание 3. Москва. ВИ. 1984 г.

17. Циркуляр начальника организационно-строевого отдела ЧФ ╧ 884 от 25 ноября 1943 года. По личному составу. Об исключении из списков Черноморского флота сержантский и рядовой состав погибший, пропавший без вести и умерший от ран. Список безвозвратных потерь Начальника бюро потерь ОРСО ЧФ ╧ 22-0884 от 14 ноября 1943 года. Секретно (рассекречено)