# Нас было трое...

Анатолий Голиков

Нас было трое: я, он и костёр.

Я тёр свой подбородок, прямо глядя.

А дядька на меня глядел в упор.

И тёр висок. Не я уже, а дядя.

И тёрли мы вдвоём. Висок он свой.

А я, конечно, свой же подбородок.

И каждый думал что-то сам с собой:

Я - про себя и ценный самородок,

Он - про себя и про пожар большой...

И каждый думал что-то о своём,

Вот так мы и сидели с ним вдвоём.

И водки было нелогично мало.

Закуски вроде тоже. Только манна

Небесная. Да дядька из кармана

Достал засохший плавленый сырок.

Не лучший был у "дружбы"* той видок -

Так тяжко было на неё смотреть,

На сей остаток жизни из шалмана...

Тут дядька этот крякнул как-то странно,

Махнул всю водку враз и начал петь,

Красиво так. Но слишком уж гортанно...

Я начал было что-то возражать,

Против его противоправных действий

Но дядька сразу перешёл на мать,

Сказав попутно, что устал спасать

Таких, как я, от всяких страшных бедствий.

От водки в том числе...

Но дядька, кстати, выпить не дурак,

Запаслив был. Из своего Rucksack

Достал бутыль (два литра, самогонку)...

И мы её, родимую, вдогонку

Приговорили с дядькой натощак...

Потом мы с пауками пели песни,

Бросали вверх серебряные блёстки,

Потом и мир, и дядька стали тесны,

Опять зачем-то не хватало водки,

Потом пришли какие-то медведи,

Потом мы с мужиков прогнали их,

Затем медведи привели соседей,

Потом я сочинил какой-то стих

Про блёстки, самородок и медведей,

Про дядьку с мужиков, костёр, соседей,

И, подарив тот стих прекрасной леди,

С горы поехал на велосипеде...

Потом был длинный и тяжёлый сон,

В котором улыбался мне букет,

В колокола бил трефовый валет,

И тихо кто-то пел "Вечерний звон".

Утехой мне был слиток золотой,

Который я во сне в руке держал,

И из любви кому-то предлагал

Мне оплатить его моею головой...


май 2011

----------------------------------------------

* "Дружба" - название плавленного сырка