# Афганская арена. Военачальники Ссср 1972 - 1992 гг. Руководители Оперативных групп Мо Ссср. Маршал авиации, Герой Советского Союза Силантьев А.П

Валерий Иванович Аблазов

Афганская арена. Военачальники СССР 1972 - 1992 гг.

Руководители Оперативных групп МО СССР.

Маршал авиации, Герой Советского Союза Силантьев А.П.


Биография

Силантьев Александр Петрович - маршал авиации, Герой Советского Союза.

Родился 23 августа 1918 г. в Екатеринбурге в семье рабочего. Русский. Окончил 7 классов средней школы. С 1934 года работал слесарем на заводе "Металлист" в Свердловске. Одновременно занимался авиационным спортом: с сентября 1935 года - инструктор-планерист в Первоуральской планерной станции, с апреля 1937 года - инструктор Свердловского аэроклуба.

На военную службу призван в Красную Армию в 1938 году. Окончил Сталинградскую военную авиационную школу лётчиков в 1940 году. Служил в 153-м истребительном авиационном полку Западного Особого военного округа. Летал на истребителе - биплане И-153.

В боях Великой Отечественной войны в первый же день, 22 июня 1941 года провёл несколько боевых вылетов. Сражался на Западном фронте. Первую победу одержал 23 июня 1941 года. В августе 1941 года переведён в 160-й авиационный полк на должность заместителя командира эскадрильи, затем стал штурманом этого полка. В составе полка воевал на новом истребителе ЛаГГ-3 на Ленинградском и Волховском фронтах. В октябре 1941 года ему было присвоено звание старший лейтенант. Хорошо проявил себя в неравных воздушных боях первых месяцев войны, так, в одном бою 29 октября 1941 года, прикрывая войска в районе Ситомля - Тихвин, сбил сразу два немецких бомбардировщика Ju-88. К декабрю 1941 года совершил 203 боевых вылета, провёл 23 воздушных боя, в которых лично сбил 7 самолётов противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 17 декабря 1941 года за мужество и отвагу, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (╧ 620).

В бою 15 апреля 1942 года одержал свою последнюю победу, но и сам был сбит, получив также тяжелое ранение. С января 1943 года до конца войны был инструктором-лётчиком-штурманом Управления истребительной авиации Главного управления боевой подготовки фронтовой авиации ВВС РККА, почти посточнно находился в командировках в действующей армии на Воронежском, Юго-Западном, Карельском, 1-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах. К концу войны совершил 359 боевых вылетов, участвовал в 35 воздушных боях. Войну закончил с 18-ю воздушными победами, из них сбил лично 8 самолётов противника. Ещё 16 самолётов сжег на земле при штурмовках вражеских аэродромов. Член ВКП(б) с 1942 года.

После войны окончил Военно-воздушную академию в 1950 году, Военную академию Генерального штаба в 1957 году. Командовал авиационными частями, служил в Главном штабе ВВС и в Генеральном штабе. С октября 1969 года - начальник Главного штаба - первый заместитель Главнокомандующего ВВС. Воинское звание маршал авиации присвоено 19 февраля 1976 года. С июня 1978 года - заместитель Главнокомандующего ВВС.

В 1980 г. в составе Оперативной группы МО СССР под руководством Маршала Советского Союза Соколова С.Л. работал в Афганистане.

С 1980 года - военный инспектор-советник Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР. С мая 1992 года - в отставке. Жил в Москве. Народный депутат СССР (1990-1991 гг.). С 1988 по 1992 годы был председателем Советского Комитета ветеранов войны.

Награды: Герой Советского Союза ( указ от 17 декабря 1941 года), два ордена Ленина три ордена Красного Знамени, два ордена Отечественной войны 1-й степени, орден Отечественной войны 2-й степени, два ордена Красной Звезды, Орден "За службу Родине в Вооружённых Силах СССР" 3-й степени, медали СССР Государственная премия СССР (1977), награды иностранных государств.

Умер 10 марта 1996 г. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.


Документы


НАГРАДНОЙ ЛИСТ

На пилота 1 - й Авиаэскадрильи 160 Истребительного Авиационного Полка

Младшего лейтенанта Силантьева Александра Петровича

К ордену "Красное Знамя".

1. Год рождения. 1918. 2. Национальность. Русский. 3. Соцположение. Рабочий. 4.Партийность и стаж. Член ВЛКСМ с 1934 года. 5. С какого времени в РККА. С 1938 г.6. Участие в гражданской войне. Не участвовал. 7.Ранения и контузии. Не имеет. 8.Представлялся ли ранее к наградам, когда и за что. Не представлялся. 9. Какие имеет поощрения, награды и за что. Не имеет.10.Служба в белой и других буржуазных армиях и пребывание в плену. В белой и других армиях не служил, в плену не был.

11. Постоянный домашний адрес представляемого к награждению и адрес его семьи.

1. Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуг

Младший лейтенант Силантьев Александр Петрович боевые задания выполняет отлично, решительный.

12 сентября 1941 года, сопровождая самолет ПС - 84 в Ленинград, в котором находился Генерал Армии Жуков, смело вступил в бой с Ме - 109, из которых первым сбил одного.

20 сентября и 22.09.1941 года в составе эскадрильи имеет два вылета на штурмовку вражеских аэродромов Любань и Лезье, где расстреливал пушечным и пулеметным огнем самолеты и автотранспорт противника.

21.09.1941 года при сопровождении бомбардировщиков в район станции Мга группой в составе 7 самолетов, был навязан бой 10 - ти самолетам Ме - 110. В этом бою было сбито два самолета Ме- 11, из которых одного сбил тов. Силантьев.

В воздушных боях оказывает взаимную выручку и поддержку. Имеет 28 боевых вылетов, из них 16 на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков.

За проявленную храбрость и отвагу в воздушных боях и при штурмовках вражеских аэродромовдостоин награждения орденом "Красное Знамя".

Командир 160 истребительного Военный комиссар 160 иап

авиационного полка батальонный комиссар Шевченко

майор Дрозд

26 сентября 1941 года


2. Заключение вышестоящих начальников

Достоин награждения Орденом "Красное Знамя".

Командующий 3 РАГ Военный комиссар

Полковник Холзаков Полковой комиссар Бакин


3. Заключение Военного Совета Армии

Достоин представления к правительственной наградеорденом "Красное Знамя".

Командующий 54 армией Член Военного Совета

Герой Советского Союза Бригадный комиссар Сычев

Генерал - майор Федюнинский


4. Заключение Военного Совета Фронта

5. Заключение наградной комиссии НКО


Отметка о награждении

награжден медалью "За отвагу".


НАГРАДНОЙ ЛИСТ

Фамилия, имя, отчество. Силантьев Александр Петрович

Звание. Старший Лейтенант.

Должность и часть. Заместитель Командира эскадрильи 160 ИАП.

Представляется к награде"Герой Советского Союза".

1. Год рождения. 1918 год. 2. Национальность. Русский.

3. С какого времени состоит в Красной Армии 1938. 4. Партийность. Канд. ВКП (б).

5. Участие в боях (где, когда). Участвует в Отечественной войне на Ленинградском фронте.

6. Имеет ли ранения и контузии. Не имеет.

7. Чем ранее награжден (за какие отличия). Дважды представлен к правительственной награде орденом "Красное Знамя".

8. Каким РВК призван. По спецнабору г. Свердловск.

9. Постоянный домашний адрес представляемого к награждению и адрес его семьи.


1. Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуг

Мужественно и отважно выполняет задания Командования по борьбе с германским фашизмом. За время войны имеет 203 боевых вылета с налетом 174 часа. Провел 23 воздушных боя, сбил 7 вражеских самолетов и вражеский аэростат. Произвел 17 вылетов на штурмовку аэродромов и наземных войск противника, 12 вылетов на разведку противника, доставив Командованию целый ряд ценных сведений. Храбро дерется в воздушных боях, метко и беспощадно расстреливая противника.

12 сентября при сопровождении в Ленинград ПС -84, где находился Генерал Армии тов. Жуков, первым заметил и вступил в бой с 4 - мяМе - 109, с первой атаки сбил одного, остальных преследовал до Выборга.

23сентября сопровождая 4 - мя самолетами девятку СБ не допустил к ним 8 Ме- 110, в завязавшемся бою сбил одного.

30 сентября прикрывая наземные войска в р - не Путилово, звеном вступил в бой с 5 - ю До - 215. С первой же атаки поджег одного из них, не дав остальным прицельно сбросить бомбы.

29 октября при прикрытии войск в районе Ситомля - Тихвин провел за день 6 воздушных боев, сбив два Ю - 88.

5 декабря патрулируя в районе Дотрача, атаковал звено Ю - 88, которые рассыпавшись, не сбросив бомб, поспешно стали скрываться в облаках, и одного из них сбил.

Штурмовки по различным объектам противника выполнены отлично, несмотря на сильное противодействие зенитного огня, каждое задание выполнено смело, мужественно и решительно. В результате 17 штурмовок на аэродроме Лезье подожжено два бомбардировщика, на аэродроме Декань за две штурмовки группой подожжено 14 самолетов противника.

В последующих штурмовках уничтожил 18 автомашин, 8 зенитных точек, до роты живой силы противника, атаковано до полного израсходования боекомплекта два ж.д. эшелона.

Разведки тов. Силантьева отличаются полнотой добытых сведений, попутно по дорогам расстреливал движущийся автотранспорт и живую силу противника. В исключительно трудных метеорологических условиях 26.11 выполнял специальные задания Командующего Группой.

За героизм, проявленный в воздушных боях и при штурмовках, как сбившего 7 самолетов противника и лично уничтожил два самолета на земле, выполнившего 17 вылетов на штурмовку, 12 на разведку войск - представляю старшего лейтенанта Силантьева Александра Петровича к высшей Правительственной награде - Героя Советского Союза.

Командир 160 истребительного Военный комиссар 160 иап

авиационного полка батальонный комиссар Шевченко

майор Дрозд

7 декабря 1941 г.


2. Заключение вышестоящих начальников

Достоин высшей Правительственной награды "Герой Советского Союза".

Командующий 3 РАГ Военный комиссар

Полковник Холзаков Полковой комиссар Бакин

10 декабря 1941 г.


3. Заключение Военного Совета Армии

Достоин присвоения звания "Герой Советского Союза".

Командующий 4 Армией Член Военного Совета

Генерал Армии Мерецков дивизионый комиссар Зеленков

Начальник штаба

Генерал - майор Лобанов


4. Заключение Военного Совета Фронта

5. Заключение наградной комиссии НКО


Отметка о награждении.

Присвоено звание

Героя Советского Союза

С вручением ордена Ленина

и медали "Золотая Звезда".

Указ Президиума Верховного

Совета Союза ССР

От 17.12.1941 г.


НАГРАДНОЙ ЛИСТ

Командира авиаэскадрильи 160 Истребительного Авиационного Полка

Старшего лейтенанта Силантьева Александра Петровича

к ордену "Красное Знамя".

1. Год рождения. 1918. 2. Национальность. Русский. 3. Соцположение. Рабочий. 4.Партийность. Член ВКП (б). 5. С какого времени в РККА. С 1938 года.6. Участие в гражданской войне. Не участвовал. 7.Ранения и контузии.Имеет ранение в ногу при воздушном бое. 8.Представлялся ли ранее к наградам, когда и за что. Представлялся - присвоено званиеГероя Советского СоюзаУказ Президиума ВерховногоСовета Союза ССР от 17.12.1941 г.

9. Какие имеет поощрения, награды и за что. Герой Советского Союза. Три благодарности от Командующего 1-й УАГ за отличное выполнение заданий. 10.Служба в белой и других буржуазных армиях и пребывание в плену. В белой армии не служил, в плену не был.

11. Постоянный домашний адрес представляемого к награждению и адрес его семьи.


1. Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуг


После присвоения правительствомзвания Героя Советского Союза, продолжает с отвагой выполнять боевые задания. Хорошо овладел сопровождением штурмовиков в районы целей Любань, Кириши, Спасская Полесть. Показывает образцы в воздушных боях и штурмовках, всегда является ведущим группы.

14 марта произвел в качестве ведущего 3 вылета на сопровождение и в каждом вел бой с Ме - 115, не допустив их к штурмовикам, которые выполнили задание без замечаний.

15 марта во втором вылете группой в составе 7 самолетов вступил в бой с девяткой Ме - 115 и Хе - 113, обеспечил штурмовикам выцполнение задания в районе Любань, которые возвратились на свой аэродром без потерь. В этом бою, сбив один самолет Ме - 115, был ранен. С подбитым мотором произвел вынужденную посадку и превознемогая боль в ноге 36 часов по глубокому снегу добирался до населенного пункта.

После выхода из госпиталя продолжает образцово выполнять задания по сопровождению штурмовиков и бомбардировщиков, взаимодействуя с ними и неоднократно вступая в бой с вражескими истребителями, за что 27 апреля с.г. получил благодарность Командующего 1 УАГ.

На 10 мая имеет восемь сбитых самолетов в воздушных боях, 255 боевых вылетов , из них 25 на штурмовку, 12 разведок войск противника, 25 воздушных боев.

За самоотверженность в воздушных боях и при штурмовках, как сбившего лично восемь самолетов противника - Представляю тов. Силантьева к правительственной наградеордену "Красное Знамя".


Командир 160 иап Военный комиссар 160 иап

подполковник Дрозд батальонный комиссар Шевченко

19 мая 1942 г.


2. Заключение вышестоящих начальников


Достоинправительственного награждения орденом "Красного Знамени".


Командующий 1 УАГ Ставки ВГКВоенком1 УАГ Ставки ВГК

Генерал - лейтенант Пичугин Полковой комиссар Смирнов

..... мая 1942 г.


3.Заключение Военного Совета Армии

4. Заключение Военного Совета Фронта

5. Заключение наградной комиссии НКО


НАГРАДНОЙ ЛИСТ

1.Фамилия, имя, отчество. Силантьев Александр Петрович

2. Звание. Майор. 3. Должность и часть. Инструктор - летчик штурман Управления Истребительной авиации ГУБП ФА ВВС КА.

Представляется к правительственной награде ордена "Отечественной войны 1 степени".

4. Год рождения. 1918. 5. Национальность. Русский. 6. Партийность. Член ВКП (б).

7. Участие в гражданской войне, последующих боевых действиях по защите СССР и Отечественной войне (где, когда). В Отечественной войне с 22.6.1941 г.

8. Имеет ли ранения и контузии в Отечественной войне. 2 ранения.

9. С какого времени в Красной Армии. С 1938 г.

10. Каким РВК призван. Добровольно.

11. Чем ранее награжден (за какие отличия). Герой Советского Союза, орден Красное Знамя, медаль За отвагу.

12. Постоянный домашний адрес представляемого к награждению и адрес его семьи.


1. Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуг

Тов. Силантьев участник Отечественной войны с 22.6.1941 г. За весь период боевой работы произвел 338 боевых вылетов. В воздушных боях лично сбил 8 самолетов противника. Работая инструктором - летчиком в Истребительном управлении ГУБП ФА ВВС КА умело передает свой боевой опыт молодому летному составу, практически в воздухе обучает боевым порядкам и управлению подразделениями, чем значительно помогает поднятию боеспособности частей, так 88 гиап в период с 15.5 по 6.7.43 г. произвел 567 боевых вылета, сбил 26 самолетов противника без единой своей потери. 40 гиапс 15.5 по 6.7.43 г. сбил 33 самолета противника, потеряв своих 6 летчиков.

За период работы в Управлении произвел 7 боевых вылетов, из которых один ночью. Все вылеты проходили организованно и поучительно без потерь с отличным выполнением заданий.

За личные боевые вылеты, умелое обучение молодого летного состава истребителей фронтовой авиации - достоин правительственной награды орден " Отечественная война 1 степени".

Начальник Управления Истребительной

Авиации ГУБП ФА ВВС Красной Армии

Гвардии полковник Миронов.

24 октября 1943 года


2. Заключение вышестоящих начальников

Достоин правительственной награды ордена" Отечественная война 1 степени".

. Начальник ГУБП ФА ВВС КА

Генерал - лейтенант Кондратюк

2 ноября 1943 года


3.Заключение Военного Совета Армии

4. Заключение Военного Совета Фронта

5. Заключение наградной комиссии НКО

Отметка о награждении


НАГРАДНОЙ ЛИСТ

1.Фамилия, имя, отчество. Силантьев Александр Петрович

2. Звание. Майор. 3. Должность и часть. Инструктор - летчик штурман Управления Истребительной авиации ГУБП ФА ВВС КА.

Представляется к правительственной награде ордена "Отечественной войны 2 степени".

4. Год рождения. 1918. 5. Национальность. Русский. 6. Партийность. Член ВКП (б) 1942 г..

7. Участие в гражданской войне, последующих боевых действиях по защите СССР и Отечественной войне (где, когда). В Отечественной войне с 22.6.1941 г. по настоящее время.

8. Имеет ли ранения и контузии в Отечественной войне. Легкие ранения.

9. С какого времени в Красной Армии. С 1938 г.

10. Каким РВК призван. Добровольно, Свердловским РВК.

11. Чем ранее награжден (за какие отличия). Герой Советского Союза, орден Красное Знамя, орден Отечественная война 1 степени, медаль За отвагу, медаль За оборону Ленинграда.

12. Постоянный домашний адрес представляемого к награждению и адрес его семьи.


1.Краткое, конкретное изложение личного боевого подвига или заслуг

Майор Силантьев тактически грамотный, волевой и культурный офицер. Много работает над повышением своих военных знаний. Имеет хорошие методические навыки и умело передает летному составу боевой опыт. Учит воевать не только рассказом но и показом. Отлично знает штурманское дело.

На фронтах Отечественной войны совершил 343 боевых вылета и сбиллично 8 самолетов противника.

Работая инструктором в УправленииИстребительной авиации совершил 28 боевых вылетов. Летает хорошо на всех типах истребителей.

К порученной работе относится серьезно и проявляет инициативу.

Среди летного состава боевых частей пользуется авторитетом.

За активную боевую работу и помощь частям фронтовой авиации и Резерва Ставки Верховного Главнокомандования в деле подготовки летчиковдостоин награждения орденом" Отечественная война 2 степени".

Начальник Управления Истребительной

Авиации ГУБП ФА ВВС Красной Армии

Генерал - майор авиации Юмашев.

29 мая1945 года


2. Заключение вышестоящих начальников

Достоин награждения орденом" Отечественная война 2 степени".

. Начальник Главного Управления Боевой

Подготовки Фронтовой Авиации ВВС КА

Генерал - полковник авиации Громов

29 мая1945 года


3.Заключение Военного Совета Армии


Материалы СМИ и публикации.


Фрагменты воспоминаний Маршала авиации Силантьева А.П

https://www.peoples.ru/military/hero/aleksandr_silantev/index.html

"Авиация была модой тридцатых годов, а летчики для нас, мальчишек, - кумирами. Я тоже благоговел перед людьми такой романтической профессии, но даже и в мыслях не допускал, что когда-нибудь сам буду летать. Все решил случай. В конце лета тридцать четвертого года в нашем сборочном цехе появился летчик с тремя рубиновыми квадратиками в петлицах. Это был представитель аэроклуба, и пришел он агитировать ребят записываться в планерную школу. Желающих оказалось немало. Записался и я, но скорее не из-за большого желания стать профессиональным авиатором, а потому, что все записывались. Потом многие отсеялись, а я остался. Без отрыва от производства закончил школу, стал инструктором-планеристом. Профессия авиатора увлекла меня. Одновременно осваивал самолет. Но теперь меня стала привлекать военная авиация, где, как мы тогда говорили, можно полетать на настоящих самолетах".

"Ранним утром двадцать второго июня наш полк принял боевое крещение, и я тоже. На второй день войны при отражении налета вражеской авиации на Минск мне удалось сбить "юнкерс". Но и моя "чайка" - самолет И-153 - была подбита. За полтора месяца я совершил около пятидесяти боевых вылетов. Сражался с "мессершмиттами" и "юнкерсами", штурмовал вражеские танки и пехоту".

"После переформирования и получения новых истребителей ЛаГГ-3 полк вернулся на фронт, но уже под Ленинград. Только прилетели - и сразу в бой. Летали с рассвета до темноты. Прикрывали штурмовики, наносившие удары по гитлеровцам вдоль Невы, ходили с бомбардировщиками, которые бомбили места сосредоточения вражеских войск, их коммуникации, аэродромы...

В первой половине сентября сорок первого года эскадрилью на рассвете подняли по тревоге и приказали перелететь на соседний аэродром. С нами отправились командир и штурман полка. Через полчаса после приземления неподалеку от нас сел "Дуглас". Из него вышла группа военных, в основном генералы. Один из них, невысокий, плотный, в коричневом кожаном пальто, показался мне знакомым. Внимательно вглядевшись, я узнал в генерале Георгия Константиновича Жукова, которого как-то видел на фотографии. К нам подошел командир авиагруппы в сопровождении командира полка и предельно четко сформулировал задачу: "Этот "Дуглас" поведете в Ленинград. Потеряете его - обратно не возвращайтесь". Сказано было жестко, но мы и без того хорошо поняли всю ответственность задания.

Вылетели двумя группами. Первая, в которой находился и я, состояла из двух звеньев - впереди и сверху "Дугласа". Возглавлял ее опытный боевой летчик штурман полка капитан Панюков. Вторая в количестве одного звена под руководством комиссара эскадрильи Николая Киянченко непосредственно прикрывала сопровождаемый самолет. На всем пути к Ладожскому озеру было пасмурно, накрапывал дождик. Но над озером погода оказалась безоблачной. "Дуглас" перешел на бреющий полет, чтобы не привлечь к себе внимание постоянно шнырявших в этом районе вражеских истребителей. Минут через пять полета над Ладогой с северо-запада на встречно-пересекающихся курсах появилась четверка "мессершмиттов", а за нею - другая. Наша группа с ходу их атаковала, стремясь оттянуть как можно дальше от "Дугласа". Замысел удался. Постепенно бой переместился к Карельскому перешейку. В районе мыса Кюля мне удалось сбить один "мессершмитт". А всего противник потерял в этом бою два истребителя. Вторая группа, отбивая непрерывные атаки "мессершмиттов", довела транспортный самолет до Комендантского аэродрома, расположенного в черте Ленинграда.

Выполнив задание, мы вернулись на свой аэродром. И только тогда командир полка сообщил нам, что Георгий Константинович летел принимать командование Ленинградским фронтом".

В конце октябре 1941 г. младшему лейтенанту Силантьеву было присвоено внеочередное воинское звание старший лейтенант.

"Запомнился еще один воздушный бой. Примерно во второй половине октября в ленинградскую зону, где шли ожесточенные бои, зачастили многоцелевые самолеты-истребители "Мессершмитты-110", наши старые знакомые по Западному фронту. Они доставляли немало хлопот. "Стодесятые", как их называли, казалось, успевали везде - и колонны штурмовать, и совершать налеты на аэродромы, и вести воздушные бои. По всему было видно, что на этих двухместных истребителях сидят опытные пилоты. Действовали они тактически грамотно и активно. Я бы даже сказал, нахально, что было характерно для фашистских летчиков в начальный период войны. Сравнительно легкие победы над нашими летчиками, имевшими на вооружении в то время в основном самолеты устаревших конструкций (И-15, И-16, СБ), питали их тщеславную самоуверенность.

Мы искали удобного случая рассчитаться со "стодесятыми", хотя в общем-то сделать это было совсем не легко, даже на новых самолетах ЛаГГ-3. И вот однажды получаем приказ: прикрыть с воздуха участок дороги в районе Мга - Синявино. Видимо, там к фронту подходила какая-то наша часть. Прилетели в район, выдвинулись за линию фронта на пятнадцать - двадцать километров. Патрулируем. Погода не очень благоприятная. На высоте тысяча метров сплошная облачность, но слой ее небольшой, порядка ста метров. Наш командир Новиков разделил эскадрилью на две группы: одну направил за облака, а сам со второй группой остался ниже. Я находился в первой группе.

Только мы пробили верхний слой облачности, как буквально под носом увидели идущих плотным строем девять "стодесятых". "Атака!" - прозвучала в наушниках шлемофона команда старшего группы лейтенанта Данилы Захарченко. Мы практически без подготовки, используя не столько выгодную позицик, сколько внезапность, открыли огонь. Представляете, каким мощным он был, если каждый из самолетов одновременно стрелял из всех видов находящегося на нем оружия? Это был шквал огня! Застигнутый врасплох противник был деморализован. Один из "стодесятых" загорелся. "Мессеры" бросились в разные стороны, на ходу освобождаясь от бомбового груза. Некоторые из них поспешили вниз, в облака, но, выскочив из тонкой серой пелены, оказались под огнем группы Новикова...

И погоняли же мы тогда "стодесятых"! Вывести из строя пять машин из девяти, - не так уж часты такие победы. До этого случая мы при встречах со "стодесятыми" осторожничали, а теперь убедились, что "чернопузых" можно бить, и довольно успешно. Короче говоря, спесь с "мессершмиттов" соскочила, и теперь они стали побаиваться нас".

В последние дни октября, прикрывая войска в районе Ситомля-Тихвин, старший лейтенант Силантьев сбил два бомбардировщика Ju.88. Кроме того, в течение недели его звено уничтожило 8 зенитных установок и 18 автомашин. В ноябре 1941 г. он был назначен командиром эскадрильи.

"В первые месяцы войны, меня постоянно преследовали неудачи. А вот в боях за Ленинград мне все чаще стал сопутствовать успех. Конечно, сыграло свою роль время: поднакопился опыт. Да и новые машины ЛаГГ-3, поступившие в полк на вооружение, были лучше истребителя И-153, на котором я начинал войну в Белоруссии.

В сражении за Тихвин особенно ожесточенные бои развернулись за железнодорожный вокзал. Это был очень важный объект, поскольку сюда из Будогощи вели железная и шоссейная дороги, по которым снабжалась немецкая группировка. Нашим атакующим частям до вокзала было уже рукой подать, но всякий раз, как только пехота поднималась в атаку, ее прижимал к голому снежному полю сильный вражеский огонь.

Мы тогда стояли на аэродроме рядом с линией фронта. Помню, приехал к нам командир авиагруппы полковник Холзаков. Приказал построить полк. Построили. Он подходит к моей эскадрилье и спрашивает: "Лететь можно?" А облака тогда опустились почти до самой земли. Я молчу. Молчит и командир полка. Холзаков - летчик и прекрасно понимает, как и кому можно летать в такую погоду. Ясно, что вопрос он задал чисто риторический.

Сделав паузу, командир авиагруппы обрисовал обстановку у вокзала, сказал, что без помощи авиации взять вокзал трудно, и вновь повторил вопрос. Тогда я ответил, что лететь можно, но не всем. "Почему?" - поинтересовался Холзаков. "Не каждый летчик к этому подготовлен". - "А вы сможете?" - "Да".- "Кто еще может?" Отозвался комиссар эскадрильи Киянченко. "Вот и вылетайте вдвоем", - приказал Холзаков.

Почти в сплошном тумане трудно найти и поразить цель, но ослабить огонь противника, отвлечь его на себя можно. Около часа мы находились над целью, совершили по шесть заходов: штурмовали, стреляли, гудели... Воздействие, наверное, производили скорее психологическое. Гитлеровцы прятались, огонь ослабевал. А это и нужно было нашей пехоте. Потом нам сказали, что именно в один из таких моментов бойцы поднялись в атаку и овладели вокзалом. Мы в какой-то мере способствовали успеху. Все это произошло на глазах у генерала Мерецкова, командовавшего нашими войсками в боях за Тихвин, и он высоко оценил действия летчиков.

Утром 8 декабря я вылетел в паре со своим заместителем лейтенантом Михаилом Удаевым на разведку. Когда появились над дорогой Тихвин - Будогощь, то увидели картину, которая поразила нас. На Будогощь сплошным потоком в два ряда двигались танки, артиллерия, автомашины, пехота. Представляете наше состояние - видеть, как немцы отступают! Это ведь сорок первый год! Помню, когда мы вернулись и доложили начальнику штаба полка о результатах разведки, то он не сразу поверил".

К декабрю 1941 г. заместитель комэска 160-го иап 3-й резервной авиагруппы старший лейтенант Силантьев совершил 203 боевых вылета, участвовал в 20 штурмовках, провел 23 воздушных боя, лично сбил 7 самолетов противника. 17.12.41 г. старшему лейтенанту Силантьеву Александру Петровичу было присвоено звание Герой Советского Союза.

"Группу летчиков полка после освобождения Тихвина отправили за самолетами в тыл. На станции Череповец мы делали пересадку. Вот там из газет я и узнал о присвоении мне звания Героя Советского Союза. Друзья бросились поздравлять меня, а я их. В списке награжденных значились фамилии семнадцати однополчан. Откровенно говоря, такая высокая награда оказалась для меня неожиданной".

С марта 1942 г. 160-й иап действовал в составе 1-й ударной авиагруппы на Волховском фронте.

"В один из мартовских дней фашисты сбили на подходе к нашему аэродрому летчика 1-й эскадрильи лейтенанта Селезнева, следовавшего замыкающим в группе, возвращавшейся с боевого задания.

Не разбирая всех причин безнаказанных действий фашистских истребителей в районе нашего базирования, все же укажу на две из них. К первой относится отсутствие радиосредств для оперативного управления дежурными подразделениями истребительных авиаполков на земле и в воздухе. Были такие периоды, когда не каждый полк и не каждый аэродром обеспечивался радиостанцией для управления самолетами в воздушной радиосети...

Суть второй причины - недостаточная компетентность командования и штабов, руководивших боевыми действиями авиачастей. Дело в том, что тогда наши командиры и начальники тоже только еще учились воевать, начинали эту учебу тоже с "азов", а горький опыт подтвердил достаточно полное понимание противником наших "свежих", как казалось, тактических ходов при обеспечении боевых действий штурмовиков. Для исключения скрытого прохода наших групп к позициям фашистских войск немецкое командование стало насыщать воздушное пространство большим количеством отдельных мелких групп истребителей - обычно пар, непрерывно шнырявших над районом боевых действий 2-й ударной армии и 13-го кавалерийского корпуса. Как только один из таких патрулей обнаруживал наши самолеты, он давал сигнал, и к указанному району подводились другие, рядом барражирующие группы. Буквально за несколько минут из отдельных пар немцы составляли солидный кулак и начинали атаковать нас, стремясь в первую очередь изолировать истребители сопровождения. И надо сказать, что им нередко это удавалось. Наши ударные группы истребителей прикрытия, обеспечивавшие штурмовики на подступах к общему боевому порядку, имели ограниченный состав - редко больше звена, потому сравнительно легко "сковывались" немецкими истребителями.

Иной раз случалось даже так, что первая же пара немцев, обнаружив наши самолеты, если она имела выгодную позицию, не дожидаясь подхода других своих сил, начинала атаки и, имея превосходство в скорости и высоте, зачастую отсекала ударную группу от прикрываемых штурмовиков. Подошедшие на вызов дополнительные силы немецких истребителей начинали ту же процедуру с группой наших истребителей непосредственного прикрытия, а затем добирались и до штурмовиков.

Примерно по такому "сценарию" разыгрался бой в первой половине марта между группой нашего полка, сопровождавшей штурмовики, и немецкими истребителями. Эскадрилья штурмовиков в составе семи Ил-2 под прикрытием восьми ЛаГГ-3, возглавляемых мной, следовала в район Померанья для нанесения удара по мотопехотной колонне немцев, следовавшей по дороге от Любани на Чудово. При подходе к железной дороге Будогощь-Кириши, примерно в 30 километрах от линии фронта, над нашей территорией мы были обнаружены парой немецких истребителей, по-видимому участвовавшей в блокировании передовых аэродромов. Противник носился над нами на большой скорости, сам атак не предпринимал, ожидая подхода вызванных сил. Почувствовав неладное, я сразу попросил ведущего "илов" изменить первоначально выбранный маршрут полета и следовать на цель не напрямую - через территорию, занятую фашистами, а сначала пройти вдоль линии фронта к горловине прорыва 2-й ударной армии и атаковать колонну немцев с запада.

По истечении приблизительно трех - пяти минут полета к нам подошли еще две пары Ме-109. Теперь наша ударная группа... постепенно стала отставать и полностью ввязалась в воздушный бой с подошедшей четверкой немцев. А их первая пара, продолжая висеть над нами, опасно маневрировала непосредственно вблизи моей группы. Вскоре ей на помощь подошли еще две пары фашистов. Огрызаясь заградительным огнем, обе пары моей группы на максимальной скорости резко делают "ножницы" в хвосте у штурмовиков, оберегая себя и их от атак "мессеров".

Пойти в этой обстановке в назначенный район действий на глубину до 50 километров в тыл врага, в расположение базирования его авиации, таща у себя на хвосте его непрерывно атакующие истребители, было безумием и значило подвергнуться полному разгрому еще до подхода к цели. Информирую командира эскадрильи Ил-2 об обстановке и рекомендую с одного захода отработать по запасной цели в районе северо-восточнее Новгорода. Штурмовики разворачиваются на Подберезье, пересекают реку Волхов и бьют сразу бомбами и PC по войскам противника на марше у населенного пункта Моторино. Прошу штурмовики отходить от линии фронта на восток в направлении мстинского моста, где расположен аэродром наших истребителей. Сначала "горбатые" не понимают замысла, но немцы незамедлительно "подсказывают": их уже восьмерка, они атакуют непосредственно штурмовики. Моя вторая пара отсечена от остальной группы еще при подходе к запасной цели и ведет бой где-то над линией фронта. Подбадриваю по радио...

Теперь, оставшись вдвоем со своим ведомым около штурмовиков, не успеваю отбивать атаки Ме-109. Одно их звено занимается мной, а второе уже бьет по Ил-2, замыкающему колонну штурмовиков, но пока вроде бьет мимо. "Илы" непрерывно маневрируют, немцы торопятся. Атаки "мессеров" все острее, удержаться за группой "илов" практически нет возможности, кажется, это начинает чувствовать и командир их группы. Штурмовики, видя безвыходное положение, начинают "карусель" - встают в круг на предельно малой высоте и теперь сами взаимно защищают друг друга. С облегчением и благодарностью за догадливость сам с напарником вхожу вокруг штурмовиков. "Карусель" постепенно смещается к Октябрьской железной дороге.

Немцы продолжают атаки, но они уже вялые, несогласованные, без нахрапа. Опасность попасть под огонь бортовых пушек штурмовиков и низкая высота отрезвляют фашистов. Вдруг их атаки неожиданно прекращаются. Мы, пока не понимая причину появившейся "отдушины", продолжаем крутиться, принимая действия немцев за уловку. Может, они решили демонстративно показать нам прекращение атак и тем самым выманить нас из этой "карусели", а как только откроемся, нанести неожиданный удар силами, которых мы не видим? Но вроде подвоха нет, немцы уходят. Все разъясняется когда, на горизонте появляются три звена 2-го гвардейского полка, идущие к Новгороду, наверное: на прикрытие своих войск...

Штурмовики проходят аэродром Вербье, замыкающий Ил-2 заходит на посадку, кажется, ему все-таки досталось.

Горючего в обрез, провожаем шестерку Ил-2 до Будогощи и берем курс на свой аэродром".

15.04.42 г. капитан Силантьев сбил еще один самолет, но и сам был ранен, а его самолет подбит.

"Вылетали уже перед заходом солнца. В пути встретили небольшую группу "мессершмиттов". И хотя те не смогли воспрепятствовать полету "илов", но наш курс засекли и вызвали по радио подмогу. Так что когда мы подошли к цели, там "мессершмиттов" было уже в два раза больше, чем наших истребителей.

Действовать пришлось с полным напряжением. Удалось отбить все атаки "мессершмиттов", пытавшихся прорваться к "илам". Штурмовики выполнили задачу, и мы стали организованно отходить. "Мессеры" непрерывно атаковали. Их огонь был сосредоточен в основном на истребителях, прикрывавших группу. У моей машины были пробиты масляный и водяной радиаторы. Продолжать полет трудно. Но товарищи, прежде всего комиссар эскадрильи Киянченко, меня поддерживали, прикрывали от наседавших истребителей противника.

Иду осторожно, маневрировать нельзя, иначе потеряешь высоту. Приборы зашкалило, вода кипит, мотор дает перебои... С трудом перетягиваем линию фронта - а тут другая группа "мессеров". Атакуют парами с разных сторон. Видя мою беспомощность, действуют нагло, стреляют в упор, выходят из атаки под самым носом. В один такой момент ведомый второй пары "мессеров" замешкался, и я выпустил по нему два последних реактивных снаряда. Но и мне досталось. От прямых попаданий вражеских снарядов и пуль разбиты бронеспинка, приборная доска. Сам я ранен в ноги. Из пробитого маслобака хлещет горячее масло. Оно попадает на грудь, руки, в лицо... Где уж тут продолжать полет! Открываю фонарь, чтобы оглядеться. Успеваю только выключить двигатель и направить самолет вниз. Кидаю быстрый взгляд по сторонам в надежде заметить хотя бы пятачок, куда приземлить машину. Но какой там пятачок среди сплошных лесов и болот! Самолет упал на лес. При Ударе о деревья отлетели хвост, мотор, плоскости. Кабина перевернулась несколько раз, но, к счастью, встала "торчком". От сильных ударов и ушибов меня спасли привязные ремни. Быстро отстегнулся и, еще не чувствуя боли в раненых ногах, отбежал от пропаханной в снегу самолетом борозды. "Мессеры", пикируя, продолжали добивать беззащитный ЛаГГ. Но как ни старались, а поджечь его не смогли. Вскоре они ушли. Видимо, на исходе было горючее.

Я добрался до самолета. Разрезал парашют, перевязал раны на ногах. Потом стал готовиться в путь. С капота мотора отвинтил две стальные пластины и смастерил себе лыжи. Из парашютных строп сделал "уздечки", привязал их к носкам лыж. Двигаться решил в сторону известного мне аэродрома ночных бомбардировщиков. По моим расчетам, до него было километров пятнадцать. Ориентировался по карте и компасу, по гулу моторов По-2, летевших на задание... Передвигался с большим трудом. Снег - по грудь, мороз - градусов в тридцать. Да еще быстро темнело. Очень боялся сесть, хотя от усталости и боли буквально валился с ног. Когда уже не мог сделать и шага, то пристегивался широким ремнем к дереву и, обняв его, в таком положении дремал несколько минут... До аэродрома добрался через тридцать шесть часов".

"Мы, фронтовики, считали, что раны лучше долечивать в родном полку, в среде своих боевых друзей. А тогда, в течение всего лета сорок второго года, войска Ленинградского и Волховского фронтов вели непрерывные и тяжелые бои на земле и в воздухе. Их ожесточенность диктовалась задачей сковать побольше сил противника, не позволить ему перебросить из-под Ленинграда ни одного солдата на южное направление, где развертывалось решающее сражение. Наш полк практически не выходил из боев. Летчики совершали по четыре-пять вылетов в сутки, были вконец измотаны. Что ни день, то воздушные бои. И редко который из них обходился без потерь. Пополнение поступало в основном за счет летчиков, приходивших из госпиталей. Поэтому моему возвращению друзья были рады.

В тех тяжелейших условиях особо важное значение приобретала морально-боевая закалка летчиков. В нашем полку она была высокая. Несмотря на большое напряжение, никто не жаловался на усталость, никто не выражал и тени сомнения в нашей конечной победе. Люди уверенно шли в бой. Тогда существовало жесткое правило - за ошибки наказывать отстранением от очередного боевого вылета. И не было для летчика наказания более тяжелого. Допустил в бою оплошность, вел себя безынициативно, подвел товарища своими неумелыми действиями - расплачивайся. Беспримерное мужество и стойкость являлись нормой каждого летчика полка".

С января 1943 г. майор Силантьев служил в Управлении истребительной авиации Главного управления боевой подготовки фронтовой авиации ВВС. Являясь инструктором летчиком-штурманом, участвовал в боях на Воронежском, Юго-Западном, Карельском, 1-м Белорусском и 1-м Украинском фронтах.

"Ранним апрельским утром 1943 года над Новороссийском закипал воздушный бой. Фашистские бомбардировщики волна за волной накатывались со стороны Крыма и утюжили наши позиции...

Небольшие разрозненные группы "яков" пытались перекрыть дорогу фашистской армаде. Все их попытки прорваться к бомбардировщикам довольно искусно пресекались плотным заслоном истребителей...

То тут, то там появлялись купола парашютов, наших и немецких. Последних, к сожалению, меньше. Превосходство - на стороне противника. Да и не только в количественном отношении сил было дело. Все же сказывалась невысокая тактическая и огневая выучка наших летчиков...

Все попытки офицера наведения оказать помощь тем, кто вел бой у нас на глазах, были безуспешными. Его информация об обстановке, целеуказания... тонули в гвалте каких-то выкриков, команд, ругательств, писке и треске, которыми был наполнен эфир...

Таким предстал тот воздушный бой для нас... офицеров недавно созданного управления боевой подготовки истребительной авиации, только что отозванных с фронта из-под Ленинграда. Мы впервые самостоятельно выехали в действующие части ВВС. Выбор пал на 4-ю воздушную армию. Ее соединения, поддерживая войска Северо-Кавказского фронта, все еще вели ожесточенные бои, в то время как на других фронтах зимняя кампания завершилась.

На первых порах мы знакомились с обстановкой, полками. Откровенно сказать, новой своей службой были недовольны, а управление называли между собой не иначе как "конторой"...

Просиявшее вдруг лицо офицера наведения еще более заинтриговало нас: казалось бы, чему радоваться? На нашу четверку "яков" сзади сваливаются еще две пары фашистов, а тот ухмыляется?.. Посмотрев на наши озадаченные лица, офицер наведения показал рукой на маячившие сзади "мессеров" точки и выпалил:

- Покрышкин!

События развивались стремительно. Звено "аэрокобр" буквально падало на противника... Покрышкин бьет по ведущему с близкой дистанции. "Хейнкель" разваливается на куски. Вторая пара покрышкинского звена с ходу сбивает замыкающего. У фашистов паника: оставшиеся без командира "хейнкели" поспешно освобождаются от бомб...

Одна из четверок "мессеров" оставляет "яки" и бросается за звеном Покрышкина. Но тут же сзади и сверху ее атакуют две пары "кобр" из второго эшелона покрышкинской группы. В итоге два фашистских пилота висят на парасолях, то есть под куполами своих парашютов.

Бой продолжается. "Яки" по-прежнему в обороне. Один из них подбит... И опять, как минуту назад, на фашистов, чуящих в подбитом легкую добычу, со стороны солнца пикирует еще пара "кобр". И тут же один из фашистов вспыхивает.

- Сколько же их там еще у Покрышкина?

- Обычно в "этажерке" у Александра Ивановича три "полки", но иногда бывает и четвертая, - ответил офицер наведения.

После этих слов старшего лейтенанта я, будто очнувшись, припомнил разговор в Москве, в Главном управлении боевой подготовки фронтовой авиации. Полковник С. Миронов, напутствуя нашу группу перед отлетом на Кубань, просил присмотреться к действиям Покрышкина и выработанным им тактическим приемам. Упоминал он тогда и о какой-то "этажерке". Честно признаться, я тогда же позабыл о том разговоре - и о Покрышкине, и о его "этажерке". Меня ведь занимали совершенно другие, куда более прозаические мысли: как поскорее и под каким благовидным предлогом сбежать из "конторы" снова на фронт.

Теперь же увиденное потрясло меня: результаты боя, простота и глубина его замысла, дерзость и мастерство исполнения, отвага летчиков...

То было переломное время... В количестве истребителей мы теперь на основных направлениях не уступали фашистам... А вот тактика воздушного боя, на нашу беду, оставалась прежней - оборонительной, при которой даже на превосходных самолетах нельзя было переломить обстановку, вырвать инициативу...

Прошло еще несколько дней нашего пребывания на Кубани. Бывали мы на пунктах наведения, на аэродромах, а иной раз и в воздухе - в боевых порядках частей, ведущих бой. И не раз становились свидетелями успешных действий покрышкинской группы, все более убеждались в высокой боевой эффективности новых тактических приемов...

Вскоре мы получили другую задачу, и личная встреча с Александром Ивановичем в тот раз не состоялась. Однако существо наступательной тактики прославленного аса мы изучили и приняли. И потом проверили ее в боях".

Всего совершил 359 боевых вылетов, провел 35 воздушных боев, лично сбил 8 самолётов противника. Еще 16 самолетов уничтожил на земле во время штурмовки вражеских аэродромов.

После войны продолжил службу в ВВС.


Из книги: Аблазов В.И. Над всем Афганистаном безоблачное небо - Киев: 2005. - 368с.

Рабочие записи военного советника.

05.01.1980. Получены указания Маршала авиации Силантьева А.П. Основными задачами ближайшего периода для ВВС ДРА являются:

- Объективная оценка деятельности каждого советника.

- Создание афганской армейской авиации: к весне иметь 4-6 вертолетов на каждую дивизию, 10-12 вертолетов - на армейский корпус, афганские ВВС должны иметь 1-2 отдельных вертолетных полка (ОВП); подготовить кадры; привести в боеготовое состояние существующую авиацию; отдавать приоритет вертолетной авиации перед другими родами.

- Обеспечение совместного базирования ВВС ДРА и ВВС СА: трудности размещения личного состава (будет базироваться только дежурная эскадрилья из каждого полка); управление с единого КП и возрастание значения органов и групп боевого управления и диспетчерской службы; новые подходы к решению экономических вопросов (ничего не будет браться и даваться безвозмездно).

- Боевая подготовка: использование аэродромов и распределение летных смен; использование полигонов.

09.01.1980. Маршал авиации Силантьев А.П. проводил совещание по поводу катастрофы АН-12. Присутствовал зам. командующего ВТА генерал Гайдаенко И.Ф. Советник начальника войск связи Кузнецов Е.Н. прослушивал магнитофонную ленту, на которой записаны переговоры экипажа. Вышли к аэродрому на большой высоте. Можно было уйти на второй круг, но летчик решил, что справится и начал посадку. Штурман говорит: уходи на второй круг. А пилот ему в ответ: замолчи. Уменьшение эффективности управления за счет высоты Кабульского аэродрома (1800 м.) пилот не учел. Приземлился уже на середине полосы на скорости более 300 км/час. Команду на аварийное покидание рабочих мест дал с большим опозданием. Последние слова штурмана: "Стерва". А потом скрежет. На огромной скорости самолет выкатился за полосу, влетел в канаву, подломил стойку шасси, зацепил крылом и т.д. Уже на скорости 20 км/час столкнулся с автомашиной. Начался пожар. Пожар потушили. Самолет восстановлению не подлежит. Штурман погиб (скончался в госпитале), остальные члены экипажа живы, ранен солдат - водитель автомашины.

С улетающим замом командующего ВТА Гайдаенко И.Ф. передал пленку корреспондента телевидения Фарида Сейфуль Мулюкова.

14.01.1980. Кабул. Совещание военных советников ВВС и ПВО ДРА проводит Маршал авиации Силантьев А.П.. Начало 16.15. Основные вопросы: Организация боевой работы советнического аппарата ВВС и ПВО ДРА. Характеристика войск ПВО, состояние ЗРВ и ЗА ДРА (доклад генерала Орлова О.Г.). Характеристика и состояние ВВС ДРА (доклад генерала Егорова А.А.).

Выступление Маршала Силантьева А.П.: Процесс брожения, который последовал после ввода советских войск, заканчивается. Однако боевые действия ВВС ДРА ведутся отдельными экипажами, эпизодически, непланово. Почему не воюет афганская авиация? Обстановка в стране сложная, противник пришел в себя, идет в массы и агитирует. Афганская армия разлагается: сдались противнику с полным вооружением 31 пп, 21 артп, и, наконец, 09.01.80 - пб 75 пп. Нам нужно знать положение на местах, чаще бывать в частях и работать, работать, работать... Надо помогать афганцам и подсказывать, что сейчас главное - воспитательная работа. Если ее не будет, мы потеряем и армию, и страну. Мы представляем себе мятежников, как варваров. Но это не так. Они подготовлены и обучены и имеют боевой опыт. Противник представляет собой множество разрозненных мелких групп. Характер их борьбы - повстанческий, партизанский. Надо поднимать боевую готовность афганской армии, вести ее в бой, чтобы она не сидела за нашими спинами, за нашими войсками. Для ввода в бой ВВС ДРА нужно сделать следующее:

I этап.

- Сформировать отдельные эскадрильи, тыловой "хвост" убрать. Если потребуется, то осуществить перебазирование. Доложить об исполнении к 21 января.

- Перебазировать в Мазари-Шариф и Кундуз по 2-3 авиаэскадрильи, создать оперативные группы и воевать! Обязательно сделать хорошие комендатуры, пункты управления. ГСМ у вас есть, мы поможем боеприпасами. Все это выполнить до 20-25 января. Необходимо в течение 2-3-х дней все осмыслить, представить доклад и послать необходимые заявки.

П этап.

- Привести в порядок вертолетный и транспортный авиаполки. Начать с конца января и в течение февраля и первой половины марта восстановить эти полки. Требовать, требовать, требовать!

- Готовить летный состав для армейской авиации. В Мазари-Шариф уже есть 6 вертолетов Ми-8 и 8 инструкторов из СССР. Надо подобрать летчиков и переучить их. СССР может принять 15-20 летчиков на переучивание, можно переучивать на вертолеты и летчиков с боевых самолетов.

- Сухопутные войска нуждаются в авиационной разведке, поддержке, сопровождении колонн. Для этого при всех трех армейских корпусах (АК) в феврале-марте создать по отряду из 6 вертолетов, в отдельных дивизиях - по 3-4 вертолета (из СССР ожидается поставка 40 вертолетов Ми-8).

29.05.1980. Шинданд. Сборы советников афганских ВВС проводит Маршал авиации Силантьев А.П. Самолет Ан-26, на котором прилетел Силантьев А.П., уже вошел в зону управления аэродрома Шинданда, когда на взлетно-посадочную полосу (ВПП) после неудачной попытки взлететь рухнул самолет с вертикальным взлетом Як-37, испытания которого проводились здесь. Самолет оторвался от земли, но, к счастью, не успел набрать высоты и при падении летчик получил травму позвоночника, но остался жив. Он лежал на носилках и вместе со всеми присутствующими наблюдал за суетой около его самолета. Самолет подняли мощным подъемным краном. Он завис в воздухе на троссах. Из поврежденных баков текло горючее прямо на раскаленный бетон полосы. Усилиями инженеров выпустили сначала переднюю стойку, а затем и основ╛ное шасси. И покатили в разные стороны - поврежденный самолет на бук╛сире в сторону ангара, а травмированного летчика на скорой помощи в госпиталь, освобождая полосу маршалу.

Совещание открыл Маршал авиации Силантьев А.П. кратким вступительным словом.

Маршал Силантьев А.П.: Армия ДРА за эти месяцы стала более боеспособной и бо-лее активной. Начинает действовать самостоятельно. Раньше войска носа не показывали из гарнизонов, теперь они совершают рейдовые операции в течение несколько суток и есть пример даже до недели. Армия действует не на вытеснение, а на уничтожение противника.

Недостатки остаются. Главным вопросом является призыв в армию. На сверхсрочную службу остается очень мало. Хотя здесь можно заинтересовать материально в условиях малой местной занятости населения. К недостаткам рей╛довых операций относят: слабое планирование, управление, взаимодейс╛твие. Главным недостатком остается низкая активность (пример 18, 15 пд). Есть активные, но таких активных не наберешь и половины. Начиная с ию╛ня месяца, главной задачей в работе с афганской армией является повы╛шение активности. Недостатки и успехи являются общими для всей армии, в том числе и для ВВС.

Конкретной положительной стороной ВВС ДРА является то, что они самостоятельно научились обеспечивать свои войска, без советс╛ких войск и штабов. Примером может служить Кунарская операция, которую возглавлял ко╛мандующий авиацией и его советник. В ней 11 пд действовала на отдельном направлении, и ни один самолет ВВС СА не появлялся над ней. Я уверен, что все авиационные полки способны действовать самостоятельно. Подразделе╛ния Шиндандского смешанного авиационного полка (сап) тоже хорошо себя показали. В операции в Мазари-Шарифе они себя хорошо показали и мы даже сдерживали командира полка. "Наиболее боес╛пособным видом сил в ДРА является авиация", - так сказал вчера Маршал Советского Союза Соколов.

Недостатки те же: низкая активность. В Баграмских 355 апиб и 322 иап это особенно заметно, хотя в них было по 8-10 боеспособных экипажей. Есть советские летчики, кото-рые с 27.12.1979 г. сделали по 300 вылетов. А в ВВС ДРА целые полки за этот период выполнили по столько же. Многие ссылаются на то, что им не ставят задачу. Я еще раз подчеркиваю - надо самим искать себе цели, искать противника. Нам не нужен тот душман, который сидит дома. А вот тот, который идет через иранскую и пакистанскую границу, должен уничтожаться. В этот период мы занимались свободной охотой, самостоятельным поиском. Очень сложно было опознавать группы противника, отличать их от мирных жите╛лей. Когда эта задача была решена, то группы противника стали активно уничтожаться. Это позволило району Кабула и нашим коммуникациям надеж╛но и спокойно функционировать в течение всего этого периода. Горючее, продовольствие - все перевозилось по земле и заслуга в этом - авиации.

Здесь противник использует не лошадей, а машины, мотоциклы. Вы уже перебили немало мотоциклов. Вот в районе Фараха была создана мощ╛нейшая база противника прямо на наших глазах. Туда вели хорошо укатан╛ные дороги. Даже после разгрома там осталось большое количество цемен╛та.

Основная задача - так активизировать афганские ВВС, чтобы после ухода советских ВВС все задачи по защите революции выполнялись пол╛ностью и надежно.

Полковник Голованов В.Н. (советник командира 335 сап): Укомплектованность полка, количество боевых вылетов приведено в таблицах. Впервые применено в этот период бомбометание ФАБ-1500. Удар нано╛сился девяткой. 3 несли ФАБ-250 они шли ниже, над ними тройка с ФАБ-500 и выше самолеты с ФАБ-1500. Такое построение связано с мини╛мально безопасной высотой бомбометания. Пока плохо налажен контроль результатов боевых действий. Имели место случаи уклонения от выполнения боевых задач, особенно в ночных условиях. Для контроля используем данные ВВС СА, стараемся делать так, что╛бы не ущемлять достоинство афганцев.

Маршал Силантьев А.П.: Что будете делать для повышения активности? С их обидчивостью надо кончать. Если афганский летчик бомбы швыряет в горы, то ему об этом и надо в глаза говорить. У вас тоже не было бы активнос╛ти, если бы не подвернулся этот Фарахский массив. Вы, товарищ советник, приросли к Шинданду и вытащить вас не удалось в течение месяца в Мазари-Шариф. Вы должны быть готовы к маневру, 3-е су╛ток вам отводится на это. Вы видели, как это делают советские ВВС: 22 часа на маневр полка. Мы слишком с ними заделикатничались. Они думают, что нашли негров. Пора кончать эту политику. Это принципиально неверно. Мы здесь только для того, чтобы они обрели уверенность в борьбе за рево╛люцию, а не для того, чтобы нам самим гоняться за каждым душманом. Обижаться они умеют до тех пор, пока не почувствуют силу. А как си╛лу почувствуют, все сразу у них проходит.

Ваш Рахматтула (ком. полка) сколько сделал боевых вылетов? Пос╛леднее время - ни одного. Вот и покажите, как он защищает революцию, а то у него одни амбиции. Мы часто с ними сживаемся и не поймешь, где афганец, а где со╛ветский советник.

Маршал Силантьев начало доклада советника инженера полка смял. Задал вопросы: расскажи о своих подопечных, боеспособный ли это коллектив, расскажи и технике, в каком состоянии она находится.

Советник инженера полка: Инженер полка по самолету и двигателю (СД) Амин - выпускник киевской адъюнктуры, 10 лет учился в Киеве, а до этого был в Индии. Доктор (ктн). Парчамовцами восстанов╛лен в партии. Инженер полка по авиационному вооружению (АВ) был непосредственно связан с Амином. Но еще при нем убедился, что он не оправдывает их надежд. Сейчас оба они на своем месте и стоят на правильном пути.

Маршал Силантьев А.П.: Если полк по тревоге пересадят на другой аэродром. Сможете завтра работать?

Полковник Голованов В.Н. Сможем.

Маршал Силантьев А.П.: Спасибо. Садитесь.

Заключительное слово Маршала Силантьева А.П.: Ни одна операция не должна проводиться без участия 335 сап. Разведка должна проводиться систематически. С контролем нечего церемониться. Это непременно необходимо и это нужно взять за правило. Необходимо наладить взаимодействие между частями и подразделениями ВВС СА и ВВС ДРА, а именно 217 апиб, 302 овэ и 335 сап. К активности надо идти через организацию. Пример: на достаточно высоком уровне проконсультировались, получили цели и задания, а утром этих целей не было. С активностью они сами не разродятся. Не надо бури под╛нимать, но надо, чтобы люди, вся техника ВВС ДРА все время были в деле. Не будет впредь ни одной операции, в которой не будет участвовать афганская авиация. Если они не будут справляться, то Горбенко поможет.

В отношении кадровых назначений в ВВС ДРА. Я работаю уже 3-й месяц, "всю плешь проели", но в ближайшие дни этот вопрос будет решен.